Большой футбол в большой политике

Мало души

Слишком много коммерции и слишком мало души, говорят они. В чем измеряется эта душа, и не слишком ли много в этой ностальгии тоски по юношеской страсти, не очень понятно. Но значительная доля правды в этом есть – футбол существенно изменился, и одной из причин этому изменению стала нефть. Нефть хлынула в чаши стадионов мощным потоком, снесшим кустарность и наивность. В России примером этого может служить газпромовский «Зенит», лукойловский «Спартак» или ЦСКА, бравший свой единственный еврокубок на деньги «Сибнефти».

Много коммерции

В Западной Европе тренд появился позднее, но расцвел самым пышным цветом – два мощнейших клуба Европы на данный момент полностью подпитываются монархиями Персидского залива. Английский «Манчестер Сити» вкладывает сотни миллионов долларов своих владельцев из ОАЭ в покупку дорогих игроков под многомудрые схемы своего тренера. Французский «ПСЖ» подписывает суперзвезд на огромные зарплаты, обеспечиваемые катарскими долларами. Арабские шейхи открыто плюют на правила, запрещающие тратить слишком много, а УЕФА – управляющая организация европейского футбола закрывает на это глаза. Футбольное расточительство призвано помогать арабам в рекламе – так, Катар через «ПСЖ» якобы продвигал чемпионат мира, а шейхи из Эмиратов вроде бы что-то рекламировали через успехи «Сити». Важно учитывать и теневую сторону дела: крупные активы влиятельных арабских дельцов в самом сердце Франции и в Англии помогают договариваться с местными элитами в обход официальных процедур лоббирования своих интересов. До недавних пор вопросы вызывали молчание на футбольном фронте самого политически активного игрока Аравийского полуострова – Саудовской Аравии.

Источник нашелся

Недавно это молчание было прервано новостью: Фонд государственных инвестиций Саудовской Аравии купил футбольный клуб «Ньюкасл». В прошлом сильная команда, за которую космические 206 голов забил легендарный Алан Ширер, сейчас переживает тяжкие времена. Вялая игра, барахтанье в середине турнирной таблицы, а в качестве вишенки на торте безнадеги – 13 лет руководства клубом бизнесмена Майка Эшли, с первого дня мечтавшего избавиться от актива, требовавшего крупных вложений. Сейчас источник этих вложений нашелся: наследный принц бин Салман, распоряжающийся фондом государственных инвестиций, давно выказывал интерес к покупке футбольного клуба, но получилось это сделать только сейчас. Долго руководство Английской премьер-лиги (АПЛ) чинило препятствия и выдвигало претензии по поводу поощряемого саудитами пиратского доступа к трансляциям матчей. Дело в том, что на Ближнем Востоке матчи АПЛ официально транслируются только катарским каналом beIN, а в Саудовской Аравии катарские телеканалы под запретом. Сейчас вопрос был улажен, а английские футбольные власти получили, как говорят, около миллиарда фунтов. Интерес вызывает и этическая сторона дела. Британские СМИ в свое время уделили огромное внимание истории журналиста Джамала Хашогги. Этот критик Саудовских властей неоднократно обвинял бин Салмана в авторитаризме и тирании, а однажды в рамках бюрократической формальности зашел в консульство Саудовской Аравии в Стамбуле, после чего покинул его уже по частям. В том убийстве наследный принц признался чуть ли не напрямую, но самым страшным наказанием, которое применил к нему Запад, был гнев в массмедиа, да пара санкций против каких-то непонятных чиновников. Сейчас подтвержденный убийца и расчленитель журналиста покупает футбольный клуб в Англии. Такое событие вызвало резкую реакцию болельщиков – многие фанаты «Ньюкасла» публично отрекаются от клуба. Футбольная общественность предполагает, что клубы АПЛ потребуют у руководства лиги не допускать продажи «Ньюкасла». Их можно понять, лишний топ-клуб в и без того насыщенной звездными командами лиге никому не нужен. Тем не менее саудовский пирог слишком вкусен, чтобы думать, будто АПЛ действительно пойдет наперекор бин Салману.

Теневая сторона

 В этом свете особое значение приобретает упомянутая теневая сторона дела. Саудовская Аравия уделяет большое внимание продвижению своих интересов на британском направлении. Общеизвестен факт работы Эр-Рияда с рядом влиятельных британских политиков, среди которых особо выделяется бывший премьер Тони Блэр, получающий из кармана того же бин Салмана десятки миллионов фунтов. Наличие в Англии такой структуры, как футбольный клуб, серьезно сблизит британские и саудовские элиты, обеспечит им массу тесных контактов на неформальном и публично незаметном уровне. В 2000-х Романа Абрамовича, который на тот момент только недавно приобрел ФК «Челси», обвиняли в продвижении через структуры клуба интересов Кремля. Время показало, что для Абрамовича интересы Кремля совершенно не важны, но методики, которые использовались в тех обвинениях – связи через благотворительные фонды, вложение денег в инфраструктуру и строительство – ничуть не изменились. Другое дело, что на фоне трехсотмиллиардного фонда государственных инвестиций любые доселе известные богатства владельцев топ-клубов выглядят неважно, так что размах ожидается соответствующий. Мохаммед бин Салман развивает ряд крупных строительных проектов на Ближнем Востоке, он пытается пробиться в Европу через приобретенные саудитами украинские порты, он до недавних пор был участником «Большой сделки» с Трампом. «Ньюкасл» для бин Салмана выглядит не дорогой игрушкой и уж тем более не возможностью для саморекламы, а еще одним способом подхода к снаряду западной политики.

Относительно недавняя история европейского футбола знала примеры сдувшихся проектов, которые покупались всемирно известными богачами, накачивались огромными деньгами, а затем сыпались. Испанская «Малага» с Абдуллой Аль-Тани, «Анжи» Сулеймана Керимова, «Милан» времен Ли Юнхуна. Естественность нахождения нынешних грандов на заслуженной ими вершине, незавидная судьба богатых выскочек и провалы проектов, чьи владельцы не понимают, что большие деньги не всегда неизбежно ведут к триумфу – все эти истории украшают футбол ничуть не меньше технических финтов и самоотверженных сейвов. Но случай бин Салмана выглядит не дорогой игрушкой, и приобретенного им «Ньюкасла» интересен не деньгами, а тем, что может возникнуть на стыке большого футбола и большой политики.

Гарегин Будагян