Медицина катастроф: как доблестные врачи спасают жизни людей
Эдуард Георгян, Фатима Бестаева, Дмитрий Габараев
Каждый день наш и без того малочисленный народ теряет своих сыновей в зоне специальной военной операции. Проблема усложняется тем, что автомобили стали намного доступнее, больше машин – больше водителей, и ежедневно гибнут молодые люди из-за того, что пренебрегают Правилами дорожного движения. О том, почему ситуация на дорогах становится хуже, о работе Центра медицины катастроф газете «Слово» рассказали анестезиолог-реаниматолог Эдуард Георгян, медсестра-анестезист Фатима Бестаева и водитель кареты медицины катастроф Дмитрий Габараев.
…Житель Нижневартовска едва не погиб в жутком ДТП в Северной Осетии.
…В Северной Осетии в ДТП пострадали четыре человека.
…Девять детей ранены в ДТП в Северной Осетии.
…Смертельный удар на трассе Владикавказ-Алагир: ужасное ДТП в Северной Осетии.
…Во Владикавказе в ДТП с тремя машинами пострадали два человека.
...13 детей пострадали в ДТП на дорогах Осетии за прошедшие выходные
Это новостные заголовки за несколько дней в нашей республике. С каждым разом дорожно-транспортных происшествий в нашем регионе становится все больше, как и их жертв. По мнению Эдуарда Рафиковича, одной из главных причин ухудшения ситуации является отсутствие культуры вождения и уважения друг к другу.
Работа не для всех
Медицина катастроф в России сформировалась в конце 20-го века как отдельная область медицины из-за неготовности прежней системы гражданской обороны к реагированию на масштабные чрезвычайные происшествия мирного времени, что было особенно ярко проявлено в крупных авариях 80-х и 90-х годов.
Анализируя последствия ЧС и их ликвидацию, ведущие специалисты по организации экстренной медицинской помощи пришли к выводу, что необходимо создать новую универсальную государственную систему – медицину катастроф, способную обеспечить быструю и эффективную помощь населению при любых видах массовых происшествий.
Как рассказал Эдуард Георгян, молодых людей, студентов в их профессии нет, средний возраст в бригадах 35-45 лет. По словам врача, медицина катастроф не для всех. Дело в том, что работа в данной сфере и в стационаре немного отличается. Если в стационаре все под рукой: оборудование, УЗИ, рентген, есть узкие специалисты, хирурги, травматологи, то в карете медицины катастроф один врач работает за всех – он должен прогнозировать состояние, разбираться во многих дисциплинах, чтобы заменить других специалистов.
«Отмечу, что в нашей профессии нет такой практики, что один тянет другого. Без водителя мы не попадем на место происшествия и уж тем более оттуда не вернемся, человек сам понимает, где можно ускориться, где притормозить, чтобы стабильно, спокойно довезти пациента. Без фельдшера вообще ничего не делается: она ставит инфузию, делает уколы, может что-то подсказать. Такая у нас работа, если я в чем-то сомневаюсь, спокойно спрошу у фельдшера, или она сама мне подскажет. Результат нашего труда зависит от того, насколько мы слаженно работаем», - рассказал Эдуард Рафикович.
Машина, на которой они работают, немного отличается от обычной кареты «скорой помощи», это самая настоящая реанимационная палата на колесах. Внутри есть все необходимое - от оборудования до медикаментов. Там же проводятся противошоковые мероприятия, иммобилизация конечностей при переломах, остановка кровотечений, вплоть до перевода на искусственную вентиляцию легких, если потребуется.
«В карете «скорой помощи» есть небольшое разграничение: врачи выезжают на неотложное состояние, возможно, справятся, если нет, то вызывают спецбригаду – кардиологическую, неврологическую, реанимационную. Соответственно, набор оборудования и медикаментов может немного отличаться, но это не означает, что мы не можем оказать обычную помощь, в то же время врачи «скорой помощи» не могут оказать специализированную помощь. По закону врач «скорой помощи» не имеет права проводить некоторые манипуляции с больными», - пояснил Эдуард Георгян.
Несмотря на то, что это мобильная помощь, внутри есть все для поддержания стерильности машины.
Стоит добавить, что местные, проживающие рядом с постом бригады, иногда приходят, чтобы померить давление или обратиться с каким-либо вопросом. Для них это проще, чем сходить в поликлинику. Не совсем понимая специфики их работы, могут попросить помощи. В карете нет лекарства, к примеру, от давления, поэтому если у врачей есть свои собственные, то они всегда отдают.
Работа медицины катастроф и ее сезонность
Рабочий день начинается с приема машины – полностью проверяется оборудование, работоспособность, наличие кислорода, медикаменты. Прием-сдача дежурства проходит в формате доктор - доктору, фельдшер - фельдшеру. Если на прошлой смене был расход медикаментов, то врач докладывает об этом. После всех приготовлений - медики в полной готовности.
«Как говорил доктор медицинских наук, профессор Зильбер, работа реаниматолога заключается в том, что он постоянно в готовности», - добавил Эдуард Рафикович.
Случаются дни, когда на дорогах бывает спокойно, и за смену ни одного вызова, но для медицины катастроф это редкость. Помимо этого, травматичность может зависеть от сезона.
«Травматичность на дорогах повышается глубокой осенью и зимой. Чаще всего это несоблюдение Правил дорожного движения, скользкая дорога, кто-то не «переобувает» машину, гололед и так далее. На сегодняшний же день много молодежи, получая права, покупают современные мощные машины, с которыми они не могут справиться ввиду отсутствия опыта вождения. Они думают, что машина сама за них все сделает», - рассказал врач.
Выезд на ДТП
Прежде всего водитель должен поставить карету так, чтобы в любую секунду можно было выехать. На местах происшествий бывает полиция, спасатели, обычные зеваки, которые могут затруднить движение. Также это делается, чтобы в любой момент можно было принять пострадавшего на носилках.
«Подходим, оцениваем состояние больного, если он самостоятельно может передвигаться, сопровождаем в машину, где и производим осмотр. Если ситуация того требует – оказываем помощь: перевязываем, накладываем септические повязки, обезболиваем и так далее. Если же он заблокирован в машине, то не имеем права его вытаскивать, только с МЧС со специальным оборудованием. Мы же в свою очередь обязаны создать иммобилизацию шейного отдела позвоночника, закрыть открытые раны, наложить восстанавливающие средства и обезболить больного. Всем процессом должен руководить доктор, хотя рядом бывает много людей, желающих помочь, но чаще всего они мешают», - рассказал реаниматолог.
Стоит упомянуть важный момент, что в случае, допустим ДТП, нельзя самостоятельно пытаться оказать первую помощь, это может только навредить. Эдуард Георгян привел пример: в селении Брут была сбита маленькая девочка. Водительница не скрылась с места ДТП, а решила помочь ребенку и отвезти ее в больницу. Взяли ее на руки, но до города не довезли. По словам врача, у девочки был перелом позвоночника, ее нельзя было трогать, нужно было лишь положить на щит и создать иммобилизацию, в таком случае девочку, возможно, удалось бы спасти.
«Существует такое понятие, как «оказание первой неотложной помощи». Если замечено кровотечение, то необходимо снять, к примеру, ремень, затянуть его, остановив кровь, - это уже 50 процентов успеха. Если человек лежит без сознания, положите аккуратно голову на бок, чтобы он не поперхнулся рвотными массами, это тоже иногда спасает жизнь», - добавил он.
Ужасы в работе
Как пояснили врачи, каждое ДТП бывает по-своему тяжелым. Один из таких случаев произошел в районе с. Ольгинского. Парень из Дагестана остановился на обочине для того, чтобы починить машину. Сзади ехала фура, водитель которой уснул за рулем и совершил наезд. Фура протащила по земле молодого парня. Пока он находился под машиной, спасатели домкратами пытались ее поднять, в это время бригада "капала" пострадавшего, обезболивала, как отметил врач, он был в терминальной стадии, агонировал. Там же его перевели на искусственную вентиляцию легких.
«Есть такое правило: если больной нестабильный с отрицательной динамикой и терминальным состоянием, везешь его до ближайшей от места травмы клиники, не важно, какой. Там его стабилизируют, если состояние позволяет, его перевозят в профильное отделение. Мы привезли его в бесланскую больницу, более-менее стабилизировали за несколько часов, потом отвезли в РКБ и он выжил, хотя травмы были крайне серьезные», - рассказал реаниматолог.
Стоит отметить, что бригада медицины катастроф занимается не только ДТП, но и перевозкой тяжелобольных. В стационар поступила беременная женщина с угрозой прерывания беременности. Ребенка удалось спасти. У мамы начались проблемы с сердцем, так как были хронические заболевания. За это время у нее случилось восемь остановок сердца, клиническая смерть, все восемь раз врачам удалось привести ее в сознание. Позже ее отвезли сначала в Беслан, а потом в Москву.
«Наши бригады, коллеги из Бесланского центра, говорили: «Такого не может быть!». Из Москвы столичные коллеги писали нам, что это нонсенс, в природе такое невозможно. Получается, что вся работа, которая была проведена, все потраченные нервы не ушли впустую. Ребенку уже пять-шесть месяцев», - вспоминает Эдуард Рафикович.
Ремень не всегда спасает
Каждый водитель обязан соблюдать правила и пристегиваться в машине, но бывают настолько серьезные ДТП, что и ремень не поможет, а в редких случаях навредит. Не всегда получается обрезать ремень, чтобы разблокировать больного, иногда сам механизм фиксации заедает. Похожий случай случился на Реданте. Рано утром женщина ехала из Грузии, из-за снега не справилась с управлением и упала с обрыва. Каким-то чудом машина зацепилась за дерево и повисла, как в кино. В таком состоянии она провисела около пяти-шести часов. Водитель оказалась заблокирована ремнем безопасности. Она не смогла вызвать помощь, так как телефон упал и разрядился на морозе, а сама была страшно травмирована.
«Когда приехали сотрудники МЧС, зафиксировали машину, чтобы она не скатилась. Я влез к ней и обратил внимание, что она все же пыталась дотянуться до телефона, чтобы его зарядить, но травмы не позволили. Мы поставили ей капельницу, обезболили. Только потом поняли, что не сможем ни поднять машину, ни спустить ее. Тогда приняли решение вырезать дверь и аккуратно вытащить пострадавшую. Слава Богу, ее удалось спасти», - рассказал реаниматолог.
Неуважение на дорогах
Как было упомянуто выше, одна из самых частых причин ДТП - отсутствие культуры вождения и неуважение друг к другу. Не редки случаи, когда им не уступают дорогу, а некоторые специально мешают.
«Я работаю уже 12 лет. Когда заезжаю в Чечню, водители видят мигалки, сразу же уступают. А у нас часто бывает, стою на светофоре, воет сирена, мигалки, сигналю – ноль внимания. Да, безусловно, встречаются добропорядочные люди, уступающие дорогу, но так бывает не всегда. Хорошо, что сегодня принимаются законы для наказания таких водителей. Молодые неопытные ребята тоже иногда создают проблемы. Часто нас не замечают по причине того, что водитель уткнулся в телефон», - рассказал Дмитрий Габараев.
Да, водитель кареты может сфотографировать госномер нарушителя и доложить о нем, однако, специфика работы такова, что от дороги нельзя отвлекаться ни на секунду, что уж говорить о том, что нужно сначала отпустить руль, достать телефон, сфотографировать. Все это «сжирает» и без того жизненно важные секунды. Медперсонал несет ответственность за больного, а водитель - за всех, кто находится в машине.
Также приходится сталкиваться и с неприкрытым хамством и саботированием работы.
«Из Магаса везли ребенка в тяжелом состоянии в стационар. Врачи в салоне, я ехал с мигалкой, сиреной, все как положено. То, что нам где-то не уступили – это ладно, мы уже привыкли, но нашлись те, кто пытался нас догнать, подрезать, выехать вперед и специально тормозить, что сильно усложняет работу медикам. Но в таких ситуациях стараемся не реагировать, наша задача – спасти человека», - добавил водитель.
Все хуже и хуже
Стабильности в статистике аварийности на дорогах нет, как и улучшения ситуации. Культура вождения становится намного хуже. Как считают врачи, этому нужно обучать с раннего возраста.
«Надо воспитывать молодежь. Пока они молоды, им проще будет внушить всю серьезность обращения с машиной, рассказать о последствиях, обучить правилам и так далее. Наказывать рублем бесполезно. Один раз получил штраф - оплатил, через неделю снова нарушил и так по кругу», - считает Эдуард Георгян. Водитель Дмитрий Габараев в советское время работал инспектором ГАИ и помнит, как относились к ПДД в то время.
«Отношение тогда и сейчас совсем разное. Раньше остановил водителя, и тот понимал, что нарушил, признавал свою вину, чуть ли не с поднятыми руками выходил. Сейчас начинают качать права, выпрыгивают из машины с вопросом «причина остановки?!» и так далее. Не уважают ни инспекторов, ни других водителей», - сказал он.
Артур Качмазов
Фото автора
