Жестокий мир спорта
XX-XXI век называют периодом (временем) атома, электроники, компьютеров, химии. Можно было бы продолжить этот перечень названий – научно-техническая революция затронула все сферы производства, науки, культуры. Однако все эти направления бурного развития человеческой мысли имеют общий фундамент – работоспособность людей, определяющую их творческий потенциал. Актуальность задачи укрепления здоровья, повышения работоспособности и творческого долголетия вызвала устойчивый интерес к активной физкультурно-спортивной деятельности, и вправе утверждать, что это время было веком спорта.
Ориентация на победу
Итак, спорт – это увлекательное зрелище, полное азарта и непредсказуемое по исходу борьбы соперников. Спорт – бескомпромиссная борьба за победу, за рекорд и за честь страны. Спорт – средство удовлетворения потребности в борьбе, возможность реализации инстинкта агрессии, клапан, выпускающий излишние пары отрицательных эмоций. Спорт – не только соревнование, зрелище, но и система подготовки, более того, образ жизни, подчиненный достижению целей спорта. Разные мнения, но где же истина. Истина – в многообразии потребностей, которые способен удовлетворить спорт, следовательно – в его многих функциях. Но в чем основное назначение спорта, в чем его цель? Ответ на этот вопрос имеет решающее значение как для спортсмена, так и для общества в целом: ведь цель с неумолимостью закона определяет деятельность человека. Какую цель преследует человек, занимаясь спортом? Человек, включаясь в спорт, ставит себе цели сам. Цели разные у разных спортсменов: карьера, слава, самоутверждение, здоровье, общение, обогащение. Однако все эти цели подавляются ориентацией на победу. Все это привело к тому, что победа возведена общественным мнением в ранг цели спорта. Не потеряет ли спорт своей остроты, зрелищности, если победа утратит значение цели? Конечно, нет. В финале первенства мира по футболу не бывало наших команд, однако, финальные поединки от этого не теряли привлекательности для нашего зрителя. А если на Олимпийских играх будут побеждать не наши спортсмены? Не уроним ли мы престиж государства? Авторитет государства создается, если смотреть на вещи здраво, не на спортивных аренах. Государственный престиж только повысится оттого, что лучшие из лучших не будут превращены в инвалидов к сроку проведения следующих соревнований.
Во имя чего?
Дом, замок, крепость, где заточена в двухкомнатной квартире судьба, о которой многим так хочется забыть, не вспоминать, вычеркнуть из официальной истории нашего спорта, как будто ничего и не было. Сытно, с комфортом устроившиеся командиры индустрии, производящей чемпионов, скрыли от людей не просто трагедию девочки, но гораздо больше – совесть и позор нашего «самого гуманного в мире» спорта. За целых восемь лет, что прошли со времени роковой травмы, полученной Мухиной на тренировочном сборе всего за две недели до начала Московской олимпиады, газета «Советский спорт» дважды вспоминала о гимнастке сборной команды.
Есть вещи, которым нельзя научить быстро. На постижение простых и ясных истин порой уходит целая жизнь. Много лет, что прошли с того трагического дня, расколовшего жизнь Елены Мухиной на прошлое и настоящее, на воспоминания и неподвижность, на юность и зрелось, - достаточный срок, чтобы извлечь урок из этой истории. И сегодня пора наконец повести разговор о негуманности большого спорта. Это неприятная тема, которую долгие годы у нас старались обходить. Зрителей приучали к героизму спортсменов: с переломом – на футбольное поле, с сотрясением мозга - на лед. Во имя чего? Так во имя чего? «Два условия требуются для того, чтобы страна увлекалась боем быков, - написал Хемингуэй. – Во-первых, быки должны быть выращены в этой стране, и, во-вторых, народ ее должен интересоваться смертью…» Всякое сравнение или параллель, как известно, условны. И все же эти слова из книги «Смерть после полудня» не давали покоя, водили по кругу мысль. Быки – спортсмены? Спорт – коррида? Чушь какая-то! Выращены в этой стране... Нашей стране. Но вот в непролазной чаще логических хитросплетений хрустнула сухой веткой в руке та параллель, которую мы искали. «Престиж нации – это полет на Луну и олимпийская медаль», - сказал другой американец, президент США Джон Кеннеди. Метко сказал. А для нашей страны спортивные успехи и победы всегда значили несколько больше, чем даже просто престиж нации. Они олицетворяли (и олицетворяют) правильность выбранного политического пути, преимущество системы, становятся символом превосходства. Отсюда и требования побед – любой ценой. Ну а что касается риска… Риск всегда был у нас в цене, а человеческая жизнь, по сравнению с престижем страны, стоила немного, и нас приучали к этому с детства.
Спорт способствовал долголетию
Дело в том, что нынешний большой спорт отличается от того, довоенного, как вымышленный мир от реального. Тот был совершенно иным – доверительней, радостней, простодушней. И это все не мифотворчество, не мед воспоминаний о юности – нашей юности выпало страшное время – жизнь сама по себе была проще и, соответственно, проще был спорт. Он был не индустрией, а развлечением, ведь развлечения той поры можно было пересчитать по пальцам, поход на стадион был событием, к рекордам стремились, но вместе с тем ради них не требовалось забыть все на свете. Как правило, большие спортсмены были здоровые крепкие люди – спорт способствовал долголетию. Сегодня атмосфера иная – нервная, суматошная, взвинченная, в чем-то даже истерическая. Дети, которые выделяются своими спортивными наклонностями, - это обреченные дети, они сразу же лишаются детства. Чему страстно способствуют их родители, теряющие от честолюбия головы.
Добавьте к этому конкуренцию за место в команде и столь расхожую пропагандистскую риторику – «честь страны», «престиж государства», «авторитет великой державы». Все это исподволь переходит в раздувание нездоровых инстинктов, которые легко привести в движение. И вот уже, вырвавшись из-под контроля, бушуют такие всем доступные, освященные псевдопатриотизмом националистические страсти. А национализм, как известно, органически сращивается с уголовщиной. Появляются орды безумных фанатов, они жгут стадионы, калечат людей. Барселона, Брюссель, Амстердам, трагедия в Турции, Южная Америка, да и нам тоже есть, чем «похвастаться». Когда цель открыто фетишизируется, то, оказывается, хороши все средства. Все это рождено в обстановке ужесточенной жизни, но, однажды родившись, этот феномен сам влияет на обстановку. Ужесточение в нашем спорте захватывает все его звенья.
Между тем наших мужественных гладиаторов подстерегают не только годы, еще опаснее вечные травмы. Тут мы подошли к главной теме - в самой основе большого спорта заключена очевидная фальшь. Он у нас связывается привычно с укреплением и охраной здоровья, а ведь все это далеко не так. Полезна физическая культура, а спорт, тем более зрелищный спорт, не столько полезен, сколько вреден. Нет, нынче мы не можем сказать, что спортсмены – здоровые люди. Только и читаешь о том, что, выйдя из очередной больницы, такой-то спортсмен приступил к тренировкам. Другой, еще не излечившись, едет участвовать в соревновании. Ведь смысл – ни в коем случае не победа, только участие. О, спорт! Ты - мир! Вообще в подсознании все чаще спорт стал связываться с палатами, с операционными, с менисками, с разорванными сухожилиями и поврежденными позвоночниками. Кто ответит за Лену Мухину, кто ей отдаст то, что отняло у нее подвижничество, эти чертовы сложные элементы. Много фактов, когда спортсмен, закончив со спортом, уходит из жизни по своей инициативе, не вписавшись в обычную жизнь.
Еще горше забвение
Но пусть это даже «отдельные драмы», хотя этот термин неправомерен. Люди уходят из спорта, как правило, на своих двоих. А какими они уходят? Растерянными, обескураженными, боящимися соприкосновения с жизнью? Со смешанными нравственными понятиями? Почему так много бывших спортсменов вербуются то в телохранители к преступным боссам, то в исполнителя акций? Так ведь остались одни кулаки, а моральные тормоза утрачены в погоне за призрачными победами. Честно сказать, в глубине души мы ждем благословенного времени, когда установят последний рекорд – должен быть рекордам предел! – и спорт станет бесхитростней, станет радовать, станет объединять.
Будет ли он интересен для зрителей? Не знаем этого. Знаем лишь, что в последние годы стадионы на половину пусты, а в довоенные и послевоенные на них невозможно было попасть. Вот ведь как все занятно сложилось – скорости выше, достижений все больше, а радости от этого меньше. И к кумирам – иное отношение. Тот, вчерашний кумир, был «своим», он был из «массового движения», а сегодняшний - из элитного спорта, из особого клуба, закрытого ордена. Он отобран селекцией с малых лет, он тогда еще был оторван от сверстников и ушел туда, в мир одиночек. И когда он достигает вершины, им, сегодняшним, восхищаются больше, но любят меньше, чем тех вчерашних, тех «домашних», своих ребят. Можно сколько угодно вздыхать о человеческом несовершенстве, но никуда не деться от факта – звезды, когда они так далеки, ярко светят, но мало греют – все элитарное раздражает. И если со знаменитым артистом как-то мирятся, понимая, что образ создать – непростое дело, то спорт всегда в нашем сознании, несмотря на любые метаморфозы, сохраняет свою массовость. Оттого-то есть некое отчуждение между идолом и аудиторией. Чем сегодня громче восторги, тем больнее завтрашнее равнодушие. Или, что еще горше, забвение.
Суровый мир! Тут возможны потери и прежде всего в нравственной сфере. Что делать, разреженный воздух соперничества и повседневная борьба за выживание среди избранных, не говоря о борьбе за победу, вырабатывают характеры жесткие, не слишком открытые тонким чувствам. Уверены, никакие мучения не делают человека лучше.
Как бы то ни было, что бы ни было, никто не отменит зрелищный спорт, но к нему так и следует относиться – как к зрелищу, как мы относимся к цирку, как к особого рода театру. И актеры этой арены должны быть абсолютно уверены, что как бы ни сложилась их жизнь, чем бы им ни пришлось заплатить за эти очень нелегкие годы, одинокие, бессемейные, прошедшие в самом тяжелом режиме, их будущее вполне обеспечено. Не хуже или немного хуже, чем у их зарубежных коллег.
Пришло время задуматься
А государственный аппарат пусть обратит опекунский взор на несколько десятков миллионов, которые и образуют державу. Это от их здорового духа и от их здорового тела зависит здоровье всей страны. Для них нужно строить площадки, бассейны, предусматривать в местах заселения большие дворы, лужайки, поляны, где крепли бы и закалялись их дети. Рекорды, лавровые венки, медали и прочие отличия имеют здесь небольшую цену. Зато возможны другие награды, другие бесценные дары – раскрепощенность, свобода, радость. Именно радость, редкая гостья, так скупо и трудно нас посещающая, может здесь стать постоянной спутницей. Молодость, неверная спутница, на долгий срок останется с нами, в нашей власти ее продлить.
В свое время государственный секретарь США Даллес, один из тех, кто разжигал холодную войну, говорил: «Если коммунист скажет «я хочу стать богаче» - нам станут ненужными армии в борьбе с коммунизмом. Мы победим его без оружия». Профессионализм в спорте направлен на обогащение как на основную цель. Вот она – реализация мечты Даллеса! Не ее ли пропагандируют доморощенные борцы за профессионализм спорта?
Откуда мы? Кто мы? Куда мы идем? Пришло время задуматься об этом. Во имя здоровья и счастья, сегодняшнего и грядущего – нашего, человеческого.
Гарегин Будагян
Фото из открытых источников
