КРЫМ ДИКТУЕТ КАВКАЗУ ПОВЕСТКУ

О последствиях украинского кризиса для России в целом и Северного Кавказа, в частности,  о слабой региональной информационной политике,  а также о необходимости создания Министерства информации, курирующего Кавказ и Крым, и наконец,  о перспективах возможных кандидатов  на  пост  мэра Владикавказа и Главы Северной Осетии рассуж дал на страницах газеты  “Слово”  известный политолог  Игорь  ПАНАРИН.

- Игорь Николаевич, как Вы оцениваете переворот, произошедший на Украине, учитывая его последствия, с точки зрения интересов России?

- Прежде всего, надо подчеркнуть то, что на Украине последние 23 года развивалась антироссийская линия. И эта линия создания государства на основе отрицания общности с Россией, с моей точки зрения, была абсолютно неверная. В 1991 году у наших соседей встал вопрос, как развиваться. К сожалению, начиная с Кравчука, все последующие президенты проводили здесь антироссийский и в какой-то форме русофобский курс. Но сегодня, спустя 23 года, можно говорить о том, что Украина, по сути, несостоявшееся государство. За это время численность населения у них уменьшилась на 15%, что можно классифицировать как геноцид. Убыль составила 8,5 миллиона человек, и это не учитывая отделения Крыма.

Следует, правда, отметить, что все это происходило на фоне отсутствия стратегии России, которая избрала линию исключительно газовых взаимоотношений с Украиной. В том числе отсутствие какой-нибудь дипломатической деятельности все это время демонстрировали и российские послы. Особенно это было явно на фоне работы, проводимой послами США. У нас отсутствовала единая информационная политическая и дипломатическая линия. Даже после того, как победил Янукович, Россия не изменила информационную политику. Мы в определенном смысле пожинаем плоды своей неправильной стратегии.

Приведу пример: в 2006 году, когда был создан канал "Russia Today", я многократно говорил о том, что необходимо наладить его вещание на украинском языке, чтобы доводить до целевой аудитории нашу точку зрения. Этого до сих пор не сделано. Но надо сказать, что в последний момент Россия заняла абсолютно правильную позицию, предприняв усилия, чтобы Украина не подписывала соглашение с Евросоюзом. Еще одна наша правильная линия - это то, что мы перестали кредитовать антироссийскую политику на Украине. Мы дали первый кредит в три миллиарда рублей, но Запад настаивал на том, чтобы Россия кредитовала украинскую экономику еще на 12 миллиардов...

- Что дал нам Крым?

- Что касается геополитического значения Крыма для нас, то скажу, что сегодня картина вообще кардинально поменялась. Приведу только два примера - не случайно 9 Мая по площади провезли ракеты дальностью поражения 600 километров. Уточню, что до Стамбула 480 километров, до столицы Турции Анкары 420 километров. Самое главное, напомню, что на территории Румынии и Болгарии американцы разместили пять тысяч военнослужащих и базу, на которой они собирались в 2015 году разместить элементы противоракетной обороны. При этом они уже вложили деньги, а эти базы теперь находятся на прицеле. Кроме того, размещение нами стратегической авиации радикально меняет ситуацию. Если раньше у нас были малореалистичные планы создания средиземноморской эскадры, потому что Янукович и те, кто был до него, запрещали размещать новые корабли и вообще новую технику, то сейчас уже в этом году в Черноморский флот войдут шесть новейших кораблей. Это будет основа средиземноморской эскадры. И плюс крылатые ракеты, которые уже наверное размещены. Россия приобретает возможность влиять на Ближний Восток. Таким образом, идет усиление наших позиций в Египте, Сирии, в Греции и на Кипре. Конечно, если бы мы потеряли Крым, как это предполагалось, то наше геополитическое положение было бы катастрофично.

- С какими подводными камнями может сегодня столкнуться Россия в свете украинских событий?

-Есть опасность того, что вирус дестабилизации, запущенный на Украине, может быть переброшен в Россию. Попытки такие предпринимались. Уже проходили акции среди российских фанатов, организованные внешними игроками. Была также манифестация в Москве во главе с Макаревичем, участники которой несли бендеровские флаги и флаги правого сектора. Это сам по себе вопиющий факт. И если бы мы заняли наблюдательную позицию, то ситуация была бы критичной. Уже осенью 2014 года в России были бы большие проблемы.

- Я ведь правильно понимаю, что на Украине мы сыграли уже по факту?

- Да, так оно и было. На опережение мы сыграли только по Крыму. Если бы не действия на опережение в Крыму, то мы бы имели фатальное поражение.

 "Что касается Кавказа, то перед ним сегодня задача - сохранить стабильность и оставаться опорным краем при решении украинского кризиса. И здесь важны две фигуры - Кадыров и Мамсуров, которые великолепно действовали в ситуации с Крымом"

 

- Нет, они не ожидали такой реакции России. Их анализ опирался на 23 года нашей невнятной бессистемной политики по отношению к Украине. Стратегия США и Великобритании строилась на том, что мы так же будем реагировать, как 10 лет назад, но, с моей точки зрения, изменились люди вокруг Президента Путина. Считаю, ключевая роль в этом принадлежит помощнику Президента Юрию Ушакову, который определяет внешнюю политику. Именно он предложил варианты, абсолютно верные в этой ситуации. Решение о начале учений, подписанное Путиным, было неожиданным, и как потом писала американская разведка - они не смогли по каналам связи ничего перехватить. Просто потому, что в тот момент все решалось в личных обсуждениях, и по каналам связи передавать информацию не было необходимости.

Впоследствии меня приятно удивил результат референдума в Крыму. Волеизъявление в 97 % оказалось неожиданным для всех. Это также говорит о провале у нас аналитической работы со стороны тех людей, которые отвечали за Украину. Это означает, что те, кто у нас работает по этому направлению, давали совершенно неверную оценку ситуации.

- Такие суждения пугают, потому что задумываешься о том, какая идет информация, например, по Кавказу. Насколько она отвечает реалиям и не искажается ли? Как Вы правильно указали - огонь перекидывался на Россию, и Кавказ явно был одной из целей. Поэтому важно, чтобы центр четко рисовал себе картину происходящего здесь.

- Кавказ в этой ситуации показал себя с лучшей стороны. На самом деле существовала опасность распространения вируса дестабилизации и на кавказский регион. Более того, лидеры хунты этого особо и не скрывали. Но здесь сработали так называемые кавказские скрепы. Напомню фразу Главы республики Таймураза Мамсурова: "Листва шевелится, пока корни есть". Думаю, американцы были уверены, что Россия молча проглотит происходящее на Украине, в том числе потому, что они смогут раскачать Кавказ. Но регион выступил не слабым звеном, как рассчитывала Америка в этой глобальной игре, а наоборот. Это, конечно, оказалось полной для нее неожиданностью.
Думаю, когда Путин публично благодарил Кадырова за освобождение журналистов, в его лице он выражал благодарность всему Кавказу.

- Назначение силовика, курировавшего проведение контртеррористических операций, Полпредом в СевероКавказский федеральный округ - это реакция на события в Украине?

- Да, думаю, это назначение тесно связано с украинским кризисом. Потому что со строительством моста через Керченский пролив Крым фактически становится Кавказом. Считаю, эта мера разумная с учетом того, что ситуация на Украине явно получит дальнейшее развитие. Я думаю, что как государство она уже не будет существовать в том виде, в котором была. Да, Крым отделился и воссоединился с Россией, но и остальная территория претерпит изменения. Порошенко тоже явно временный управляющий, и процесс распада еще будет длиться.
В такой ситуации, как я понимаю, было принято политическое решение о разделении полномочий. Так, Полпред отвечает за безопасность и одновременно создается министерство, курирующее социально-экономический блок. А Хлопонин как человек, уже знающий регион, остается вице-премьером, этот округ курирующим. Подобная схема управления выстроена и в Крыму.

 

 

- Раз уж воспринимаем Крым и Кавказ чуть ли ни как единое целое, то какие задачи стоят сегодня перед центром в отношении одной и другой территории?

- В Крыму и на Кавказе нам нужно создать единую позитивную "витрину", чтобы, скажем так, к Новороссии потянулись другие регионы. Эта модель требует политических и экономических вложений.
И здесь разумным решением было создание Министерства по Кавказу, курируемое Александром Хлопониным. Что касается Кавказа, то перед ним сегодня задача - сохранить стабильность и оставаться опорным краем при решении украинского кризиса. И здесь важны две фигуры - Кадыров и Мамсуров, которые великолепно действовали в ситуации с Крымом. В том числе, когда Глава Северной Осетии заявил о защите памятников погибшим в Великой Отечественной, о связях с Ялтой и осетинской диаспорой. Ну и осетинские пироги пора внедрять. Мне кажется, местные бизнесмены должны внедриться в Севастополь, Феодосию, Ялту, чтобы пироги заменили макдональдсы и бургеры.

- Игорь Николаевич, что за тенденция последнего времени - ставить губернаторов Красноярского края наместниками на Кавказе?

- В этом прослеживается доверие к Хлопонину. Потому что новый министр по делам Кавказа Лев Кузнецов - человек из команды Александра Хлопонина. А значит, это фактор оценки его работы в качестве Полпреда в Северо-Кавказском федеральном округе.

- Когда мы увидим первые результаты работы нового Министерства по делам Северного Кавказа и в чем они могут выражаться?

- Я думаю, что речь о задачах, диктуемых внешними факторами и, в частности украинским кризисом. Это экономический рост региона и широкое распространение информации обо всех достижениях.

- Давайте остановимся на информации. Интересно узнать Ваше мнение по поводу того, насколько успешно сегодня позиционируется Кавказ? Вам нравится, как это происходит?

- Нет, не нравится. Мы говорим о том, что в ходе украинского кризиса Кавказ продемонстрировал, что он является одним из опорных элементов России, а не слабым звеном, но в федеральных СМИ этот акцент не был сделан. То есть признана роль Кадырова как личности -что молодец, но оценка того, что он выдвиженец Кавказа, не была дана, и это неправильно.

 

"Думаю, необходима такая фигура, как министр информации Кавказа. Если есть человек, который будет отвечать за экономическое развитие Кавказа, то должен быть и тот, кто будет отвечать за информационную политику"

 

- Ну вот, смотрите. Мы все время апеллируем к федеральным СМИ, жалуемся на то, что они постоянно недорабатывают, что в их работе, касающейся Кавказа, нет вектора, что нет хорошей пропагандистской машины. Но при этом мы наблюдаем Рамзана Кадырова, который создает инфоповоды, и федеральные СМИ дают информацию по нему. Так может, в таком случае пора посмотреть, чем мы сами занимаемся на местах в плане создания позитивного контента. И чем занимаются структуры, которые должны на местах за это отвечать? Может, причина в их недостаточном профессионализме. Может, уже об этом начнем говорить и перестанем кивать на федералов?

- Я согласен, что, условно говоря, необходимо прорываться. Мы заняли позицию обиженных в том, что о нас не пишут. Да, проблема формирования позитивного контента, в принципе, присутствует и есть. Не сформирован информационный поток. И Хлопонина как Полпреда в этом упрекали, заявляя, что ничего не делается. А на самом деле делалось, но говорилось об этом недостаточно. Сам Хлопонин указывал на то, что мы должны со своими позитивными продуктами выходить на федеральные каналы. И в этом смысле Кадыров - показатель, что это возможно. Более того, даже иностранные СМИ цитируют то, что глава Чечни где-то в соцсетях отметил. Он стал уже определенной медийной фигурой.

- Чего, в таком случае, по Вашему мнению, не хватает региональным структурам, отвечающим за формирование информационных потоков?

- Я бы сказал, хорошей активности или даже назовем это информационной агрессивностью. Потому что работа ведется только по факту. Здесь, наверное, встает вопрос определенного целевого управления со стороны Полпредства. Кто-то должен эти процессы двигать. Думаю, необходима такая фигура, как министр информации Кавказа. Если есть человек, который будет отвечать за экономическое развитие Кавказа, то должен быть и тот, кто будет отвечать за информационную политику.

- Интересная мысль. То есть, по сути, мы сейчас услышали от Вас предложение ввести такую должность?

- Да! И возможно, он даже должен охватить два региона -Кавказ и Крым. Потому что в обоих регионах созданы курирующие министерства, и ясно, что они будут выдавать какой-то продукт. Необходимо, чтобы информация об этом широко распространялась. Недооценка информационного фона уже присутствует. Необходимо выстраивать единую систему аргументов. А сегодня информационные потоки, которые сливаются на телевидение и в информагентства, никто не курирует.

Предлагаемый мной министр информации взаимодействовал бы с полпредствами трех округов: Южного, Северо-Кавказского и Крымского, а также с курирующими министерствами и отвечал за взаимодействие со СМИ. Сложно сказать, кому он должен подчиняться, но это уже вопрос принятия политического решения. Штат подобного министерства информации должен быть 30-50 человек, чтобы это не была громоздкая структура. Условно должно быть одно управление взаимодействия с федеральными СМИ, одно - с региональными СМИ и управление взаимодействия с органами госвласти. Причем целесообразно было бы решить этот вопрос в течение летнего цикла этого года.

- Игорь Николаевич, а можете дать оценку внутренней информационной политике в республиках Северного Кавказа?