О жизни осетинской диаспоры, языка и национальной кухне
Разлука с Родиной, долгий тяжелый путь и разочарование от прибытия, запрет на фамилию и использование языка – однако, ничто не сломило представителей осетинского народа, которые волею судьбы покинули в середине XIX века родную землю. Сложно представить, как в то время поменялась жизнь наших земляков, покинувших Осетию, что они пережили, как обустраивали свой быт, но и столетия спустя, живя в Турции, они сохранили свою идентичность, язык и культуру предков. Одной из ярких представителей осетинской диаспоры в Турции дня сегодняшнего является Лейла Килич-Албегаты, хозяйка сети ресторанов «Ficcin» (от осетинского «фыдджын») в Стамбуле, осетинка, всей душой и сердцем любящая Родину, свой народ и язык. Даже родившись в другой стране, она сохранила блестящее знание родного языка, что, по ее словам, стало возможным благодаря семье. Приезжая на родину предков, Лейла всегда с долей грусти уезжает обратно домой. Вот и недавнее посещение Алании в рамках работы Съезда осетинского народа оказалось для нее поводом снова побывать на исторической Родине, насладиться величием гор, увидеть родных людей… В интервью газете «Республика» Лейла Албегаты рассказала об истории переселения своей семьи в Турцию, о том, как сохранила осетинский язык, о «Ficcin», любви к осетинскому народу.
– Мы очень рады общению с Вами, Лейла, и благодарим, что в своем тесном графике Вы нашли время для интервью. Массовое переселение осетин столетия назад в неизвестную тогда для них Турцию было целой трагедией народа – вопервых, сама миграция с исторической Родины, потом – тяжелые условия переселения... Лейла, расскажите об истории Вашей семьи – когда и откуда переселились старшие рода знатной фамилии Албегатæ?
– Мои предки в Турцию переселились из Алагирского ущелья из селения Садон. Моя фамилия Албегаты, нашими родственными фамилиями являются Икаевы и Битаровы. Год переселения – 1865 год. Поначалу мои предки, как и многие земляки, проживали на равнине. Сейчас я являюсь пятым поколением моей семьи, когда-то покинувшей родной край. Старший из нашего рода – Хамырзæ Албегаты в свое время не перенес дорогу, его не стало… и после него мы считаемся четвертым поколением. Он являлся дедушкой моего дедушки. В честь него и моего дедушку назвали Хамырзæ. В 1900 году наша семья перебралась жить в осетинское селение Боялык, где уже родились и мы. Мы – это три сестры и четверо братьев. А когда мне исполнилось пять лет, то семья решила переехать в Стамбул, где я и живу до сих пор. В основном все осетины в Турции постепенно переезжали в большие города, скажем, осетин по фамилии Албегаты – здесь немало. Тогда нам уже дали турецкие имена, фамилии, не разрешали разговаривать на родном языке... Несмотря на то, что нам поменяли фамилии на турецкие, мы, Албегаты мыггаг, знаем друг друга. Правда, к сожалению, живем раскинуто – кто где, и я, признаться, даже не знаю, как это отразится в будущем на нашей молодежи. Дай Бог, чтобы многие годы мы прожили, не теряя друг друга, сохраняя родственные связи.
– Вам меняли имена, фамилии, запрещали разговаривать на осетинском языке. Как Вы проявили такой идеологический, духовный героизм, что сумели на чужой земле пронести сквозь столетия и сохранить чистый осетинский язык, тогда как даже сейчас на родной земле дети многих осетин, без запрета на использование языка, не разговаривают по-осетински?
– Все благодаря семье. И теперь мы стараемся передавать его и нашим детям, молодому поколению. Правда, учитывая, что семейная жизнь меняется, это стало делать сложнее. Раньше семьи были большие, жили вместе и все между собой разговаривали на осетинском. Было стыдно смешивать турецкий с осетинским и не разговаривать на родном. Наши старшие злились в таких случаях, не разрешали нам пренебрегать родным языком. Около десяти лет назад, когда моя мама была еще жива, она говорила моим братьям, слыша, как они разговаривают на турецком, а не на осетинском: «Æфсæрмы нæ кæнут? Нæхи ирон æвзагыл цæуылнæ дзурут? Уе’взаг уын калм бахордта? Худинаг у!»… И мы старались всегда, где возможно, разговаривать на осетинском языке. Я, к примеру, понимала, что это наш долг перед нашими предками, перед нашей Родиной – сохранить язык и передавать его из поколения в поколение.
Проблемы есть. Одна из них в том, что мы не могли читать книги на осетинском, так как латиница отличается от кириллицы, а мы ее не понимаем. И если нынешнее поколение не может читать на осетинском, то им будет сложно и разговаривать. Многие слыша, скажем, гортанный звук -хъ- не могут его произнести, так как не могут прочитать, он уходит у них в звук -к-, и молодежь стесняется и боится неправильно выговаривать даже то, что знает...
– Расскажите, а какие традиции и обычаи, переданные Вам предками, Вы сохранили?
– Те обычаи, которые соблюдаются дома – как и с кем себя следует вести, скажем, с родственниками. Сохранили свадебные традиции, похоронные обряды. Мы почитаем друг друга в семье, знаем, как надо обращаться к «бинонты хистæрмæ» – к старшему семьи, как должна невестка - «чындз» - относиться к -хицау-, хъуамæ уайсадгæ кæна. Но что касается осетинских религиозных праздников – Ирон бæрæгбæттæ, то мы их не отмечаем, так как все осетины, проживающие в Турции, мусульмане, и по вере нам нельзя отмечать эти праздники.
– 1 декабря во Владикавказе прошел XI Всеосетинский съезд «Стыр Ныхас», на котором Вы присутствовали в числе делегатов из Турции. Лейла, поделитесь впечатлением от пребывания на Съезде осетинского народа и что бы Вы хотели добавить?
– Насчет форума «Стыр Ныхас» могу сказать, что он прошел неплохо, собрал осетин со многих уголков мира, но мне кажется, что времени было выделено на съезд мало, так как необходимо было обсудить много вопросов. Радует, что все мы хотя бы в рамках этого форума объединились на исторической Родине, собрались и высказали свое мнение, увидели старых знакомых, приобрели новые знакомства. Нам всегда бывает приятно встречаться с теми, кто решает проблемы и вопросы во благо народа. У меня есть мнение, что было бы хорошо, если бы женщинам тоже давали больше прав, так как женщины делают немало благих дел, также решают важные вопросы. Но, по осетинскому обычаю и менталитету, слово всегда дается мужчине. Это хорошо, что мы соблюдаем традиции, но у женщин тоже есть жизненный опыт, зачастую мудрый.
– В южной части Алании в городе Цхинвале Всеосетинский съезд проходил два раза – в 2006 и 2018 годах. Скажите, принимали ли Вы в них участие? И если нет, нет ли желания посетить юг нашей Родины?
– В работе этих съездов я, к сожалению, не принимала участие, но на юге Осетии была дважды. У меня очень много знакомых и друзей оттуда, близких моему сердцу. И я очень благодарна, что на юге сохраняют осетинский язык, за то, что любят и активно продвигают «ирондзинад». Я вас за это очень сильно люблю и ценю. Очень хочу снова побывать на юге, надеюсь, в будущем году получится.
– К сожалению, в жизни осетин часто происходили кровавые трагедии. Вспоминая войну 2008-го года, расскажите, что происходило тогда в сердцах осетин в Турции?
– Когда началась война, это было потрясением для нас. В СМИ тогда передавали информацию языком Европы и Америки, тем самым дезинформируя население. Тогда главой осетинской общины в Турции был Ремзи Канукати (рухсаг уæд), он собрал всех старших, позвали и меня, так как я работала в общине, и мы начали давать правдивую информацию о войне во всевозможных СМИ. Для тех осетин, кто не знал правду, мы собирали их и давали им понять, что происходит на самом деле, показывали им видеоматериалы и фотографии из Цхинвала… Нашей главной целью было, чтобы все знали правду об этой войне, которая затронула наш единый народ. Несмотря на то, что мы проживаем далеко от Родины, это было болью для всех нас...
– Ремзи Канукати – человек, чьи заслуги перед Родиной и осетинским народом сложно переоценить. На юге Осетии один из городских скверов назван его именем. Расскажите о его роли в развитии и сохранении языка, культуры, традиций в Турции.
– Он сильно держался за сохранение всего осетинского в Турции. В годы, когда Ремзи возглавлял осетинскую общину в Турции, развитие шло во всех сферах, была налажена и крепла связь с Родиной. Но после началась пандемия, которая поменяла многое. Сейчас мы больше работаем и взаимодействуем по Интернету. А в те времена Ремзи часто устраивал разнообразные встречи, деловые, музыкальные, специально приглашал артистов из Осетии. Для него всегда было важно, чтобы шло сплочение народа, его активное взаимодействие.
– Сеть ресторанов «Ficcin» – частичка Осетии в одном из самых оживленных районов Стамбула. Каждый осетин хотя бы раз слышал про это заведение, а многие и бывали там, приезжая в манящий своим колоритом турецкий город. Лейла, как Вы создавали «Ficcin», уже давно пользующийся бесспорной популярностью среди жителей и туристов Стамбула?
– История «Ficcin» началась 29 лет назад, следующий год, кстати, будет юбилейным. Я всегда стремилась иметь свое дело, но у меня никогда не было цели просто продавать еду. Я хотела большего, чтобы мое дело содержало смысл и приносило пользу и радость. Так я решила, что надо продвигать осетинскую кухню. В Стамбуле к тому же жило много осетинок, которые умели готовить национальные блюда, но нигде, кроме как дома, они не имели возможности их готовить. А так у них появилась эта возможность. Признаться, никогда не ожидала, что получится так сильно раскрутиться, но это место – переулок Каллави – действительно стало любимым для многих. Посетителей заинтересовала наша культура, наши обычаи и традиции и, конечно же, кухня. О «Ficcin» писали в турецких газетах и журналах, снимали репортажи и передачи. Кстати, кроме «Ficcin» у меня еще действует кафе под названием «Еrrа Goppa» (Дурачок).
– Какие блюда осетинской кухни представлены в «Ficcin» и что больше всего востребовано среди посетителей?
– Мы предлагаем такие национальные блюда, как – уæлибæх, цæхæраджын, хъæбынтæ, дзыкка, фых дзидза, тулæн-тулæн – блюдо, подобное лывжæ. Оно готовится из куриного мяса, лука, чеснока с добавлением молока и муки, и еще одним важным ингредиентом является цывзы (перец). Название исходит из того, что надо – «кæрдзын тулын хъæрмхуыппы». Есть у нас в меню также и хæнкъæл. Это все из специального осетинского меню. Но так, конечно, представлена и турецкая кухня. Самое любимое осетинское блюдо у посетителей – цæхæраджын, а также – тулæн-тулæн и хъæбынтæ цыхт æмæ дзидзаимæ. Это блюдо передалось нам от наших предков, оно подобно вареникам – тесто с начинкой из сыра, творога и мяса.
Кстати, насчет цæхæраджын – в Турции свекла растет плохо, и то весной в большей степени. Поэтому мы вынужденно готовим пирог со шпинатом, и только весной со свеклой. Также добавляем в него футæг – лебеда садовая. Наши предки изготавливали зачастую пироги с ним, по вкусу они полностью напоминают цæхæраджын. Эта «замена» даже нашла отражение в шуточной песенке, в которой есть такие строки: «Цæхæраджын футæгæй – амардтат мæ худæгæй!».
Сам фыдджын же мы печем, после делим на восемь частей и продаем порциями, так как один пирог для одного человека очень большой. Но когда за фынг садятся осетины, то мы, конечно, выносим пироги целиком, как и полагается.
– Совсем скоро наступит Новый год, скажите, как его отмечают осетины в Турции, какие у Вас сохранились семейные обычаи на этот праздник?
– Новый год мы празднуем, как и все. Собираемся с семьей, с друзьями дома или в ресторане и празднуем. Этот день бывает наполнен любовью и светом. Но этому празднику не придается никакого, скажем, национального колорита.
– Часто ли сейчас встречаются осетины Турции, помогают ли они друг другу?
– Я сама работаю в осетинской общине, и поэтому могу сказать, что мы взаимодействуем достаточно плотно. Проводим собрания, а один раз в год проходит итоговое, которое назначено на 15 февраля. На итоговом собрании собираются все желающие, участники общины составляют программу мероприятий, решают важные вопросы. На собрание приглашаем артистов из Осетии, выступает также наш местный танцевальный ансамбль «Барс». Традиционно к столу я забираю с собой пироги. Помимо этого, сама часто собираю всех желающих у себя в «Ficcin». Все мы поддерживаем друг друга, помогаем тем, кто в чем-то нуждается, никого не оставляем в беде, поэтому плечо друг друга чувствуем. Подругому никак.
– Есть ли центры преподавания осетинского языка и народных танцев?
– Внутри осетинской общины «Алан» существует, как я уже сказала, танцевальный ансамбль «Барс», где преподаются танцы. И язык, и танцы, и культура – все это развивается внутри общины в Стамбуле. Те, кто знает язык, распространяют его по Интернету, преподают его другим, тем, кто обращается за помощью. Часто находим друг друга по Интернету, знакомимся, да и зачастую сама жизнь нас сводит. Скажем, есть сообщество яссов в Англии, они однажды приехали в Стамбул, посетили «Ficcin», мы много разговаривали... Также приезжали осетины из Германии, Сирии, бывают гости в «Ficcin» и из Алании…
– Кстати, о Сирии, скажите, как нынешняя ситуация в регионе влияет на осетин и какое взаимодействие осетинской общины Турции есть с общиной осетин из Сирии?
– Мы со многими из них знакомы и всегда стараемся оказывать друг другу помощь. Сейчас же я надеюсь, что исход всего, что происходит, будет положительным не только для осетин, но и для всех. Пару лет назад несколько семей беженцев из Сирии хотели найти себе место в Осетии, в северной или южной части Родины, но, к сожалению, им не помогли…
– Какие чувства лично у Вас вызывает Родина? Когда Вы приезжаете, какие мысли возникают?
– Мы все очень сильно любим Фыдыбæстæ. Алания для нас всех – наш дом. И как бы далеко мы ни были, всегда скучаем и думаем о Родине. У многих в планах в пенсионном возрасте вернуться и жить дома, в Осетии. Некоторые даже отправляют своих детей учиться в университет в Осетию, хотя их мало, но это тоже хорошо – давать возможность своим детям сохранить связь с исторической Родиной.
– Лейла, мы знаем о Вашей любви к Родине и к своему народу и, поверьте, все это взаимно. Мы, граждане Алании, всегда восхищаемся чистотой осетинского языка и красноречием осетин, проживающих в Турции. Какие пожелания у Вас для народа Алании в новом году?
– Мæн тынг уырнынц ирон адæмы арфæтæ. Уыдоны фæрцы мах нæ кæрæдзи хъахъхъæнæм. Æз дæр зæрдиагæй арфæ кæнын мæ зынаргъ адæмæн. Хуыцауæй курын, цæмæй не’ппæтæн дæр ног аз æрхæсса бæркад, æнæниздзинад, сабырдзинад, цæмæй нæ фæсивæд сæ хæдзæртты зæрдæрухсæй сæ цард размæ кæной, ахæм амонд æрхæссæд ног аз. Цæмæй хæсты кæрон æрцæуа æмæ нæ фæсивæд сæ хæдзæрттæм тагъддæр æрыздæхой хорзæй. Ног аз мæ Ирыстонæн æрхæссæд зæрдæрухс хабæрттæ!
Элина Багаева
Газета «Республика» РЮО
