По обе стороны экрана

С 21-летним Максимом Караевым общаться легко. Подтянутый и скромный юноша с правильной речью и четкими планами на жизнь. Даже и не скажешь, что накануне фильм с его участием вышел на большие экраны и собрал немало восторженных отзывов зрителей. В кадре он - серьезный молодой парень с острыми чертами лица и таким же, несомненно, острым взглядом. При встрече стало понятно, актер похож на своего героя, кажется, он органично «вписался» в образ не только благодаря упорству, но и своему внутреннему миру.

Сегодня он увлеченно и с трепетом рассказывает о своей профессии. В перерывах между работой в театре юного зрителя «Саби» удалось пообщаться с Максимом. Говорили на разные темы: о большой сцене, любви к профессии, первых съемках в кино, о зрителях и творческих выступлениях. Естественно, о роли Бечыра в нашумевшем фильме «Семь черных бумаг». Ведь для молодого парня это первый значительный шаг в сторону кино.

 

- Интересно, как можно впервые попасть в кино и сразу на главную роль?

 

- Кастинг-директором проекта «Семь черных бумаг» является Ирина Талханова, она же работает в театре «Саби» и рассказала мне о пробах на роль Бечыра. Честно говоря, знаю свой родной язык, но боялся подвести людей, потому отнекивался, хотя очень хотел сниматься. Она все-таки настояла на своем, именно благодаря ее инициативе решил попытать счастье. Встретился с режиссером и сценаристом, прочитал свой отрывок, меня предварительно одобрили, а еще сообщили, что мы встретимся позже. Так и начали репетировать с другими актерами из фильма - почтальоном Дзамболатом Дзуцевым и братом Заурбеком Абоевым. Утвердили меня уже после. Ждал этого момента с нетерпением.

 

- Сильно удивились, когда узнали о том, что Вас выбрали?

 

- Сидел тогда с другом в комнате, говорю ему: «Если меня выберут, я на все помещение закричу, и мне все равно». Так и произошло. Был очень удивлен и счастлив.

 

- То, что Вы стали актером, - счастливая случайность или осознанный выбор?

 

- С раннего детства включил в свою жизнь театр, потому что родители актеры, папа и мама - артисты: народный и заслуженная. Как будто у меня и выбора не было. Еще тогда очень интересным казалось ходить по цехам, изучать декорации, наблюдать работу в театре. Так что, на сцене с трех лет и по сей день.

 

- Завораживающие горы и напряженная атмосфера. Съемки проходили на высоте почти 2000 метров над уровнем моря. Какие эмоции вызывает то, что кинокартина «Семь черных бумаг» создавалась в родной республике, да еще и на осетинском языке?

 

- Съемки проходили в Северной Осетии, но история касается всей страны, а особенно нашей малой родины. Если честно, перехватывает дыхание от осознания того, что происходящее было так близко. Основной съемочной площадкой стало село Камунта. Ни в коем случае ничего не говорю против других национальностей, но если смотреть фильм на осетинском языке, он звучит гораздо сильнее. Некоторые слова не поддаются дословному переводу. Поэтому даже то письмо, которое написал Бечыр, в таком формате выглядит объемнее, его послание звучит более красноречиво, передает боль, антураж и трепет, которые вложил в него герой.

 

- В фильме Ваш герой ловко управлялся с лошадью и завораживающе играл на фандыре. Как проходила подготовка к съемкам?

 

- Мой отец работает в конно-драматическом театре «Нарты». Я умел ездить на объезженном коне, не на диком, поэтому брал уроки до съемок, чтобы лучше подготовиться и освоить навык верховой езды. Что касается музыкального сопровождения, композитор картины Алан Макиев научился играть на национальном инструменте с нуля и занимался со мной после репетиций. Не могу сказать, что сейчас все умею отлично, но я старательно трудился для того, чтобы Бечыр из меня получился достойный.

 

- По словам режиссера Анатолия Колиева, фильм «Семь черных бумаг» вдохновлен рассказом осетинского писателя Михаила Булкаты и личной историей его деда, одного из немногих, кто вернулся в свое село с фронта. А как Вы вживались в роль?

 

- Режиссер посоветовал мне сходить в архив нашей республики и найти письма человека по имени Рэм Цатуров, который в те годы отправился на фронт по своему желанию. Он посылал весточки своей матери, с которой у него были очень теплые отношения, и, прочитав их, я настолько сильно проникся его историей, что даже попросил для себя пару копий. Меня это затянуло. Заметил явное сходство с моим персонажем, тот тоже ушел на фронт совсем еще юношей и испытывал сильную привязанность к семье.

 

- Работа над какой сценой показалась наиболее сложной?

 

- Каждая сцена любима, но по моим ощущениям больше сил было вложено в сны Бечыра. Эти сцены для меня были физически и эмоционально непростыми. И еще момент, когда герой все-таки смог сыграть мелодию на фандыре после того, как получил похоронку. В глубине души он знал, что отец погиб на войне, но принял все там, в горах с инструментом в руках, сидя на холодной земле со своим младшим братом. А так, весь съемочный процесс был очень впечатляющим и останется в памяти навсегда.

 

- Это значимая работа в рамках становления национального кино. Было чувство восторга от премьеры?

 

- Картину показали на Московском международном фестивале в конкурсной программе «Русские премьеры». Уже после фильм «Семь черных бумаг» посмотрели в родной республике. Когда увидел душевную реакцию зрителя, то с радостью подумал: «Это так здорово». Многие люди в зале плакали. Пропускали через себя внутренние переживания героев. Не ожидал такой эмоциональной отдачи.

 

- Можете рассказать о ярких моментах, оставшихся за кадром?

 

- Было много интересных ситуаций во время процесса. В начале съемок режиссер назвал посох персонажа Кудзи волшебным. Для нас это был своеобразный символ, который всегда находился за кадром, так вот, во время последнего рабочего дня в городе, когда в рацию сказали, что съемки закончились, посох внезапно упал и раскололся на две части. Все очень удивились. Это самый яркий момент для меня.

 

- Присутствие зрителя и работа в кадре. Теперь есть возможность сравнить: что больше нравится - театр или кино?

 

- Абсолютно разные вещи. Это первый опыт съемок в кино для меня. До последнего я вообще не верил в то, что сейчас действительно буду сниматься в фильме, только когда услышал в рацию: «Камера. Мотор. Начали», ощутил реальность происходящего. Много важных мелочей, скажем так, своих подводных камней. Естественно, я боялся подвести команду, через дубль у меня были опасения, думал даже, а вдруг забуду текст, хотя знал реплику каждого персонажа, был уверен в том, что все выучил. Это огромный механизм, если подводит один человек, то работа становится менее эффективной, поэтому чувствовал ответственность. Сначала было сложно адаптироваться. Потому что в моем кругу нет таких людей, которые снимаются в фильмах, я не знал, как действовать. Но с ребятами из съемочной группы сложились очень добрые отношения. В какой-то момент жили в горах с Дзамболатом Дзуцевым и Заурбеком Абоевым в одной комнате и сильно сдружились. Со старшими актерами, Зитой Лацоевой и Казбеком Губиевым, тоже было комфортно работать, чувствовался их профессионализм. Работали над фильмом с воодушевлением. Хотели передать задуманное верно и без искажений. Всем был важен результат.

 

- Роль мечты?

 

- Не такой я вообще человек, который должен сидеть и выбирать. У меня нет определенных критериев. Есть работа? Буду ее выполнять. Люблю свою профессию, отношусь к ней честно и ответственно. Да, хотел бы продолжить работу в кино, но опять же, все зависит от людей, которые видят меня в каких-либо проектах.

 

Кристина Кайтукова

Фото из открытых источников