Лихие 90-е
Сегодня, во времена электросамокатов и вездесущего искусственного интеллекта, весьма экзотическими кажутся события более чем 30-летней давности, когда наш город был наводнен коммерческими ларьками и магазинами с «сопутствующей инфраструктурой» - всевозможными «крышами» и поставщиками продуктов и напитков. Там, где количество подобных «точек» было особенно велико, по ночам нередко гремели выстрелы и происходили нешуточные «разборки» между конфликтующими сторонами.
Начало новой жизни...
Как известно, развал Советского Союза сопровождался довольно болезненными геополитическими процессами - Закавказье и Средняя Азия полыхали огнем междоусобных и гражданских войн. Страна жила по карточкам, а национальная валюта напоминала снежок, тающий на весеннем солнце. Все, что ранее порицалось советской идеологией и нормами социалистической морали, вмиг стало престижным и остро желаемым. Профессии, ранее считавшиеся достойными, новыми «моралистами» были объявлены «лоховскими», а вчерашние спекулянты и фарцовщики прочно заняли лучшие места в ложах нового театра общества потребления и тотального «развода». На фоне падающих в голодные обмороки прямо в общественном транспорте или на улице людей появились все атрибуты новой, «красивой» жизни - казино, сауны, подпольные дома «красных фонарей» и ночные рестораны. На том, что реально тогда творилось под их манящими сводами, я хочу остановиться подробнее.
Новый приятель
В 1990-м году в мой видеосалон пришли два молодых человека: старый друг - коллекционер винила из начала 1980-х и его знакомый. Последний попросил меня сделать пару копий с его видеокассеты, на которой был записан чемпионат мира по боям без правил. За готовыми записями он пришел уже в гордом одиночестве и попытался заплатить мне за проделанную работу. Но денег с него не взял, поскольку придерживался правила не оказывать платных услуг своим друзьям и их приятелям. Стоимость записи этих кассет была тогда 60 рублей за пару - цена примерно 15 кг говядины на рынке. Незнакомец настаивал на оплате, но я был непреклонен. В итоге он сказал, что наша жизнь полна неожиданностей и вполне вероятно, что ему также доведется оказать мне какую-нибудь услугу. Мы с ним познакомились и обменялись телефонами. Парня звали Русом и он занимался оптовой торговлей факсами и прочими новомодными «прибамбасами». Сразу оговорюсь - закадычными друзьями мы так и не стали, на дни рождения и на Новый год друг к другу не ходили. Примерно раз в два месяца вместе с его друзьями выезжали в горы на шашлыки и еще иногда встречались в городских ресторанах - когда Рус публично «обмывал» особо удачную сделку. Так мы и жили - каждый «варился в собственном котле», лишь изредка «пересекаясь» за очередным щедро накрытым столом.
Салун или ресторан?
Необходимо отметить, что эти застолья проходили в весьма непростой атмосфере и непредсказуемой обстановке ресторанных будней того тревожного времени. Иной раз бывало так, что местные «кабаки» превращались в «филиалы» ковбойских салунов образца американского Дикого Запада. Например, один мой знакомый, начав пьяную ссору со словесной «дуэли» с сидящими за соседним столиком, подходил к ним и в качестве запугивающей меры предостережения зубами грыз...их стаканы. Когда это не действовало, в ход шли пиротехнические изыски - если столик располагался возле окна, мой знакомый поджигал занавески. Ну, а если все это было безрезультатным, начинался примитивный мордобой.
Другой мой знакомый, обладавший тогда внушительными финансовыми ресурсами, выписал себе из Москвы элитную эскортницу. Дама эта не была особо отягощена обилием моральных принципов. Она носила подчеркнуто провоцирующие наряды и была причиной ежевечерних драк ее спонсора с подвыпившими соседями по ресторанному залу, которые вступили во взрослую жизнь с твердым убеждением, что все прекрасное на этом свете должно быть общедоступным.
Вечернее застолье
Однажды Рус провернул сделку, результатом которой стал особо крупный «навар», и он решил это остродоходное дело отметить в кругу ментально близких ему людей. В числе последних оказался и автор этих строк. Местом проведения застолья стал один из первых в нашей республике круглосуточных ресторанов. Там Рус распорядился сдвинуть два столика, за которыми расположились: он сам с двумя партнерами по бизнесу, две его подружки Белка и Зайка (я этот мини-»зверинец» терпеть не мог из-за их пещерной меркантильности и патологической зацикленности на собственной «нечеловеческой» красоте), ваш покорный слуга и пара русовских друзей детства, с которыми он рос на одной сторонке. Парни эти промышляли рэкетом и сами себя называли «ракетчиками». Хотя ничего общего у них с Вернером фон Брауном или Константином Циолковским не было... Рэкетирами они стали не от хорошей жизни, пытались «крышевать» ларьки, но их «кровельный» бизнес через некоторое время был «приватизирован» куда более серьезными криминальными структурами. Хорошо, что парням тогда хватило ума просто «отойти в сторону», не дожидаясь исполнения поступивших в их адрес угроз от авторитетных в определенных кругах людей.
Публика в подобных ресторанах той поры не отличалась особым разнообразием своего состава. В основном это были бизнесмены средней руки, представители зарождающегося поколения местной «золотой молодежи», наперсточники, перегонщики подержанных автомобилей из стран Евросоюза и Японии и люди, имеющие прямое или косвенное отношение к криминальным структурам. Поведение этих господ во время застолий было самым разнообразным и порой абсолютно непредсказуемым.
Например, я был знаком с сыном одного известного в республике бизнесмена, который ходил в рестораны исключительно в сопровождении «команды» пяти-шести восторженных дамочек «легкомоторного» поведения и, достигнув определенной стадии алкогольного опьянения, начинал раздавать упомянутым особам стодолларовые купюры.
Пара слов о «косящих»
Некоторые представители бизнеса в ресторанах тех лет примеряли на себя имидж «хозяев жизни» - пытались в глазах окружающих выдать себя за людей гораздо более высокого социального уровня, чем тот, которому они на самом деле соответствовали. Но это были довольно жалкие потуги - всем было известно, что истинная «крутизна» в рестораны в ту пору не ходила, предпочитая проводить застолья в своих особняках и на территориях загородных дач. А особо «навороченные» вчерашние товарищи могли себе позволить на вечеринку и в заграничный город Париж слетать...
Интересно, что среди завсегдатаев ресторанов той поры присутствовали граждане, которые пытались создать иллюзию того, что они являются крутыми бандитами. При этом они были самыми обычными коммерсантами и вообще не были связаны с миром криминала. Эта разновидность подражателей являлась самой неприятной и порой откровенно отталкивающей частью ресторанной публики постсоветского периода. За столом они общались между собой исключительно на бандитском жаргоне, направо и налево хвастались своими связями в «определенных кругах». А поскольку они на самом деле были довольно далеки от реального преступного мира, моделью поведения для них служили поступки и манера вести себя на публике персонажей голливудских гангстерских саг. Среди этих господ особенно престижным было изображать из себя киногероев, роли которых сыграли Аль Пачино и Роберт де Ниро. Такие, «косящие» под криминал граждане, нередко вели себя подчеркнуто пренебрежительно, а порой и откровенно по-хамски по отношению к персоналу ресторанов, запросто могли оскорбить официантку, нагрубить бармену или швейцару, затеять ссору с людьми за соседними столиками. Естественно, что у настоящих бандитов весь этот самодеятельный «цирк» вызывал лишь откровенное неприятие, граничащее с глубочайшим презрением.
Полуночные «гладиаторы»
После 23-х в тот ресторан, в котором Рус отмечал завершение сделки, стала съезжаться публика из других городских заведений, которые закрывались как раз в этот час. Вновь прибывшие господа-товарищи в своем большинстве были уже в довольно сильном подпитии, и их души требовали немедленного выброса энергии. Особенно сильно эти настроения были заметны в среде вышеописанных мной господ, «косящих» под криминальных авторитетов. И эти процессы не заставили себя долго ждать. Одному эстетически запущенному, но при этом весьма уверенному в собственной «крутизне» дяденьке показалось, что парень-наперсточник, сидевший за соседним столом, неправильно смотрит в его сторону. Он высказал свои претензии к молодому человеку вслух. Наперсточника эта откровенность отнюдь не обрадовала и спровоцировала на меры воспитательно-карательного характера - он вывел дяденьку на улицу и «вырубил» с двух ударов. Дяденькины друзья- «псевдобандиты» попытались было линчевать ловкача, но тут в дело вмешалась «крыша» ресторана и развела «враждующие армии», сославшись на то, что вырубленный сам виноват в происшедшем с ним форс-мажоре.
Под утро Зайка внезапно пожелала отправиться на Черноморское побережье, и вся компания, за исключением моей скромной персоны, погрузившись в комфортные сидения дойче-автомобилей, отправилась в город Адлер.
Более я Руса никогда уже не видел. Примерно через месяц после поездки на море он полетел с напарником в Москву, где во время делового ужина они поссорились с компанией гостей столицы. В итоге, уже после «разборок» на улице, когда всем казалось, что конфликт полностью исчерпан и стороны начали расходиться, один из приезжих выстрелил Русу в спину.
Иногда я думаю, что в то непростое время моя жизнь обладала каким-то особым, непередаваемым шармом. Но при этом, честно говоря, возвращаться в те годы меня абсолютно не тянет.
А. Урусов
