ПОЧЕМУ ЗАКАЗАЛИ АХПОЛОВА

 

  

Между тем Александр Ахполов в телефонном разговоре с редактором газеты "Слово" более подробно рассказал нашему изданию о процессах, спровоцировавших  развернутую против него в 2015 году информационную кампанию.                                                                                                                                                                                                                                                                

Толчком послужил принятый в 2009 году на волне "не кошмарить бизнес" 294-й федеральный закон. Его принятию предшествовало активное муссирование в СМИ вопроса проверок различных надзорных органов, "которые не дают работать бизнесу". 

Как воспользовались законом

"Этот закон в ряде случаев отменил контроль, а в нашем случае сохранил его максимум процентов на 30%. Таким образом, мы перестали осуществлять плановый контроль. Мы перестали получать установленные формы отчётности. Они были просто отменены",- рассказывает Ахполов.

Он поясняет, что на рынке золота, где удельная стоимость и самих изделий, и сырья, и материалов чрезвычайно высока, отсутствие контроля смотивировало у многих желание воспользоваться ситуацией. Возникли и стали использоваться схемы, которые работали в обход налогового законодательства и нормативных требований в сфере драгметаллов. Речь шла в том числе о мошеннических действиях, когда заявленные пробы, в нарушение всех жестких требований, не соответствовали фактическому содержанию золота в сплаве металлов.
 

"Кроме того, мы стали видеть, что буквально в первый же год отмены контроля на рынке значительно вырос объем контрафактной и контрабандной продукции", - продолжил он.

По словам Ахполова, Минфин сразу отреагировал на ситуацию и приступил к работе над восстановлением утраченного контроля путем корректировки принятого закона, а также разработки изменений и дополнений в другой федеральный закон - "О драгоценных металлах и драгоценных камнях". Но недобросовестные участники рынка уже начали пользоваться ситуацией и получать от криминальных схем выгоду, а потому всячески сопротивлялись законодательному урегулированию процесса.

Порядок был не нуженъ

"В результате противодействие было настолько мощно организовано, что нам понадобилось пять лет, чтобы принять соответствующий закон, восстанавливающий нарушенный контроль. И вот на стадии завершения этой работы началась информационная война".

Именно попыткой блокировать эти действия Минфина Ахполов объясняет заказ на себя как на ключевую фигуру этой работы.

"Появившиеся публикации преследовали цель дискредитации вплоть до возбуждения уголовных дел, чтобы меня как минимум убрали с работы. Так, 24 июня 2016 года в моем кабинете прошел очень серьезный обыск. Он был объясним, ведь Соколов прямо пишет, что среди заказчиков были и работники правоохранительных органов, которые крышевали криминальные схемы.А так как он сам признается, что его структура специализировалась благодаря широким связям, в том числе в правоохранительных органах, на возбуждении и закрытии уголовных дел, они рассчитывали, что эти статьи произведут фурор и начнется разработка тех, кто работал над законом. Это   реальность, это то, что есть на самом деле, и с чем приходится сталкиваться, но я и мои коллеги тоже не сидели сложа руки".

Таким образом началась борьба, в ходе которой существовал серьезный риск полной утраты контроля на рынке драгметаллов.

Минфин противостоял этому и принимал ответные меры. В Генпрокуратуру, Следственный комитет и в МВД были направлены соответствующие материалы.

"Кроме того, в Следственный комитет и в Генпрокуратуру стали приходить запросы из Госдумы от депутатских комитетов, с которыми мы в своей работе взаимодействуем. Их запросы были направлены на то, чтобы правоохранительные органы провели объективное расследование и дали объективную оценку происходящему".

Доводы Ахполова были убедительны

Как рассказывает Ахполов, исследовав материалы Минфина, отправленные в ответ на запросы в различные структуры, а это более 500 страниц с приложениями по каждому из вопросов, все они пришли к выводу, что обвинения беспочвенны.

"Как оказалось, мы смогли изначально отстоять свои позиции, а с выходом этого письма известного гражданина вообще всем все стало понятно". В настоящее время сотрудники Минфина работают над удалением сфальсифицированных сведений из всех источников, где они публиковались, а это около трех тысяч материалов.

"Как говорит этот Соколов, были потрачены очень большие ресурсы. Он в своих откровениях не стал указывать заказчиков, но озвучил очень серьёзные суммы, которые были собраны и переданы ему, чтобы убрать меня как центральное звено этой работы".

Несмотря на затраченные ресурсы, развернутая кампания, по словам Ахполова, не повлияла на работу департамента. 

"Более того, в настоящее время контроль восстановлен и для его дальнейшего развития нами получен конкретный перечень поручений, подписанный Президентом. Эти поручения сформированы на основе той базы данных и той аналитики, которые предоставил Минфин".

Как поясняет глава департамента, предпринятые действия должны привести к совершенствованию контроля над рынком драгметаллов и наведению порядка в этой отрасли, в том числе к существенному снижению на рынке объёмов контрабандной и контрафактной продукции.

"В настоящее время опять идет противодействие, но уже другими инструментами - это и лоббирование, и контрлоббирование, и затягивание и т.д. Ещё раз повторяю - удельная стоимость этого рынка очень высокая. В зоне контроля, который осуществляется Минфином в этой сфере, - около полуторатриллионов рублей, поэтому все объяснимо. Соколов в своем письме говорит, что Минфин хотел навести порядок но это невозможно, а я говорю - возможно, и мы будем это делать".