Мир. Все еще недоступен
Еще какое-то время назад проблемы людей с ограниченными возможностями не решались вовсе, люди с инвалидностью практически были лишены права голоса. Их просто не замечали. Сегодня ситуация меняется - они говорят, о них говорят. Проблемы маломобильных категорий граждан обсуждаются в СМИ, пишутся государственные программы, призванные создавать условия для комфортной жизни людей с ограниченными физическими возможностями. Но многие вопросы остаются открытыми, насколько действительность переходит в режим доступности для людей с инвалидностью, наш разговор с директором республиканского Центра реабилитации инвалидов и граждан пожилого возраста с нарушениями опорно-двигательного аппарата Жанной Цаллаговой.
- На самом деле в Советском Союзе инвалидов не существовало, их нельзя было встретить на улице, о них не говорили, и не потому, что действительно не было людей с ограниченными возможностями, – просто в те времена это считалось стыдным. Человек в коляске не мог выйти на улицу, прятался, отгораживался от общества и, надо сказать, что оно само не принимало людей с инвалидностью. Хотя Советский Союз – сильная страна и держава, победившая войну. Сегодня есть понимание - инвалидность не мешает быть прежде всего человеком, не лишает таланта, успеха, он также чувствует, мечтает, ставит цели и стремится к чему-то. Мне есть, с чем сравнивать, я травму получила в 22 года, в 1983 году, еще в Советском Союзе. В то время выйти на улицу было настоящей проблемой - все прохожие смотрели на меня: кто-то жалел, кто-то чурался. Сейчас все меняется – у людей изменилась психология, нас не воспринимают как «других». В России есть пралимпийцы, успехами которых гордится вся страна, инвалиды, которые успешно учатся, работают. Уже несколько лет действует программа «Доступная среда», которая меняет города и территории, работают инклюзивные классы в школе. Во Владикавказе можно совершенно спокойно гулять на улице - строятся пандусы, бордюры снимаются. Можно говорить, что проблема сдвинулась с мертвой точки. Но нерешенных вопросов по-прежнему очень много. И в большей степени их решению мешают частники, если государство принимает соответствующие программы и выделяет деньги под их реализацию, то те же частники строят магазины, аптеки и прочие объекты, 90% из которых недоступны для человека с ограниченными физическими возможностями.
- Но кто-то же эти объекты принимает?
- Правильно. Конкретный пример – на ул. Барбашова открылся магазин, приезжаю туда, а там трехэтажное здание, на первом этаже есть пандус, я заехала, второй этаж - недоступен, нет лифта. Выясняется, что здание арендуется. Возникает вопрос: «Почему компетентные органы дают разрешение на такую аренду?». Это здание общего пользования и доступно оно должно быть для всех категорий граждан. Ведь есть закон, датируемый еще 1995 годом, согласно которому здания и объекты должны строиться с учетом доступности для всех. Закон един и для государства, и для частников. И такая картина повсеместно. Частники строят пандус на первом этаже, потому что им галочку надо поставить, а дальше не их проблема. Не устаю заявлять о том, что эксперты и принимающие организации, которые подписывают документы на ввод в эксплуатацию объектов, не отвечающих требованиям, не должны работать. Почему у принимающих структур свои правила. На мой взгляд, такие случаи должна проверять прокуратура на предмет коррупции.
- Если говорить о трудоустройстве, ситуация изменилась к лучшему?
-Да, благодаря квотированию рабочих мест. Но организации берут, как правило, инвалидов второй и третьей группы, это «ходячие» инвалиды. Мы, инвалиды-колясочники, вновь остались за бортом. От нас не отказываются, но создавать условия, чтобы мы могли из дома добраться до пункта назначения, работодателю не выгодно. В республике нет адаптированного транспорта, остается только такси, что, в свою очередь, не выгодно уже самому работнику. С такси, кстати, тоже не все так просто, в основном они оборудованы газовыми установками, и инвалидную коляску положить просто некуда. Бывает и сами водители неохотно приезжают на вызов либо вовсе отказываются ехать, когда предупреждаешь, что услуга необходима инвалиду-колясочнику. Но у нас, я повторюсь, нет адаптированного транспорта, мы можем ездить только на такси. Хотелось бы обратиться к таксистам, думаю, ничего страшного не произойдет, если водитель поможет сесть человеку с инвалидностью в машину и аккуратно положит в багажник коляску. К счастью, не часто, но все же встречаются и такие, которые говорят, что ничего не обязаны, не должны помогать складывать коляску.
- Вопрос необходимости адаптированного для инвалидов – колясочников жилья Вы ставили и ставите перед представителями власти всех уровней и уже много лет. Лед тронулся?
- Да. В этом году есть договоренности, что будет выделено пять квартир. Сейчас первый в очереди Тофик Абдуллаев, который студентом 5 курса неудачно нырнул в водоем, поломал шейный позвонок, стал инвалидом. У него паралич от шеи вниз. Неимоверными усилиями ему удалось частично восстановить руки. Он очень талантливый, сейчас рисует портреты, хотя руки практически не двигаются и пальцы не сгибаются. Он владеет несколькими языками, сейчас учит китайский. К тому же делает мультфильмы на YouTube. Тофик живет на третьем этаже в однокомнатной квартире с мамой, которая для него сейчас руки и ноги. Есть еще один такой парень - Алан Пухаев, который тоже получил инвалидность в молодом возрасте. Много времени прошло, прежде чем удалось вернуть его к нормальной жизни, убедить, что, несмотря на травму, надо жить дальше. Он тоже занимается анимацией. Я разговаривала с руководителем республиканской Службы занятости Альбиной Плаевой, спасибо ей огромное, она всегда идет мне навстречу. Совместно с Минэкономразвития разработан проект, который позволит этим ребятам получить до 300 тысяч рублей, они смогут приобрести необходимое оборудование, чтобы объединить усилия, совместно делать мультфильмы и зарабатывать на этом деньги. Но оба живут на верхних этажах, и это проблема, которую надо решить.
- Скольким людям необходима такая помощь?
- У меня сейчас очередь из 34 человек, которым надо помочь в переселении с верхних этажей на первый. В очереди на доступное жилье двукратная чемпионка мира и Европы Алина
Малдзигова, которая ждет жилье с 2000 года. У нее вообще нет собственного дома. Я очень надеюсь, что все эти люди получат квартиры благоустроенные, а главное - адаптированные квартиры на первом этаже. Конечно, вопрос жилья очень медленно, но решается, но подход в решении вопроса неправильный. Мы просим строительные частные организации дать квартиру на первом этаже, а взамен инвалид отдает квартиру, скажем, на пятом. Застройщик может не согласиться, а может пойти навстречу, как, к примеру, Казбек Ализов, который всегда нам помогает. Но мы выступаем в роли просителей. В Конституции РФ есть такая статья, которая гласит, что все граждане РФ имеют равные права и возможности. То, что сейчас происходит с инвалидами, прямое ее нарушение. Права у нас равные, чего не скажешь о возможностях. Почему у нас со здоровыми людьми нет равных возможностей? Потому что вчера мы были здоровы, жили на пятых этажах, могли спускаться по лестницам, сейчас мы в инвалидных колясках - возможности закончились. Я говорила с кандидатами в Госдуму о том, что в случае избрания на эту должность, необходимо обратить особое внимание на эту статью, и привести закон в соответствии с нормой. Очень надеюсь на их инициативу.
Взять, допустим, аэропорты, да, может, в крупных городах они доступны для инвалидов, но в маленьких все иначе. К великому счастью, мы добились того, что в нашем аэропорту появился амбулифт – устройство, которое поднимает колясочника в самолет. Но второй этаж аэропорта для нас все еще недоступен. Мы не можем выпить кофе, комфортно ждать своего рейса. Опять же, нарушаются права инвалидов.
До тех пор, пока мы не сможем полноценно жить, самостоятельно выходить из наших квартир, добираться до работы, на которой для нас все адаптировано, до учебных заведений, самостоятельно вылетать в другие города и страны, мы не можем считать этот мир доступным для себя.
Милена САБАНОВА
