Всегда в седле
Армада средневековых рыцарей мчится во весь опор, на полном ходу лошадь резко тормозит, встает на дыбы и скидывает всадника. Наездник, почти упавший навзничь на землю, в самый последний момент виртуозно вскакивает на ноги, зато его верный конь рухнул замертво... Весь эпизод настолько правдив, что зрителю даже невдомек, насколько сложен этот конный трюк. Такая постановка снимается очень долго и требует кропотливых и упорных тренировок. Голливудский дублер, создатель и руководитель конного театра Эльбрус Уртаев как никто другой знает повадки лошадей, их характер, возможности. Он один из лучших профессиональных конных каскадеров.
С последнего нашего общения с Эльбрусом прошло не так много времени. Но такой повод, как приезд земляка на родину, упускать было бы непростительной ошибкой.
- Считается, что с умения падать начинается профессиональный подъем каскадера. Это так?
- В действительности, грамотно падать очень важно, тем более с лошади. Работать с животными - самое тяжелое в каскадерстве, ведь на 100% предугадать поведение лошади нельзя. Чтобы это сделать правильно, нужны длительные тренировки и способность проецировать ситуацию, другими словами - видеть наперед. Занятия верховой ездой - дело рискованное, у людей случаются переломы просто от езды, не говоря уже о каких-то элементарных трюках. Так что без травм тут не обойтись.
- А Вы сами много травм получили?
- О, довольно много. Ломал ноги, был удар тяжелый в плечо. В "10 000 лет до нашей эры" ставили сложный трюк, меня подкидывали на 50 метров вверх, не рассчитали траекторию полета, и я приземлился на землю. Настолько все быстро произошло, помню лишь как вылетел и приземлился. Но меня травмы не останавливают. Со съемок последнего фильма только вот синяки прошли. Лента, с рабочим названием "Путь к свободе", еще не вышла на экраны. В ней мне довелось сниматься с легендарным Гойко Митичем, чему я несказанно рад.
- Как родные отнеслись к Вашему желанию стать каскадером? Профессия довольно рискованная и опасная...
- Нормально. Тяга к этому была с детства. Когда что-то серьезное - переживают, конечно, а в основном доверяют моему опыту и профессионализму.
- Всегда хотела знать, больно ли лошадям, которым делают подсечки?
- Могу сказать, что в моей практике не было случаев, когда лошадь получила серьезную травму. Если каскадер все делает правильно, даже когда лошадь падает, она не получает увечья, несмотря на то, что выглядит все травматично. Можно сказать, лошадь "знает" свое дело, ее к этому готовят. Она выполняет команды, которые требуются для съемок фильма. Был такой случай, для фильма "Лабиринт" требовался обычный "завал", обратились к каскадерам, которые не ставили трюки на лошадях. Начали репетировать, каскадера подцепили сзади на кабель, в нужный момент его выдергивают из лошади и здесь он должен был отпустить поводья, но они остались у него в руке... Каскадер разорвал лошади щеку. После такой неудачи даже специально обученная лошадь будет бояться, ведь животное очень хорошо запоминает, при каких обстоятельствах ему причинили боль. Заставить преодолеть страх, вернуть в первоначальную стадию бывает сложно и для этого требуется много времени.
- Говорят, в киноиндустрии Америки популярна испанская школа каскадерства, так вот они не очень гуманно обходятся с лошадьми...
- Может быть раньше, сейчас такого нет. На съемках каждого фильма присутствуют представители обществ охраны природы и животных. Подход к делу у них серьезный, малейшая оплошность может привести даже к прекращению съемок фильма. Потому все придерживаются установленных правил.
У Вас есть конкуренты?
- Практически нет, потому что с лошадьми мало кто хочет "связываться", с ними сложнее, все нужно заранее предусмотреть, много мелочей, которые надо непременно учитывать.
Я очень долго добивался того статуса, который сейчас имею. Все пришло со временем, с практикой. Приобщаю к своей профессии и детей. Сын Александр, ему 17 лет, уже снялся в двух фильмах. Причем ставил не "мелкие" трюки, к примеру, просто упасть с лошади, а довольно сложные постановки. Де бютировапа в фильмах и дочь Меган.
- Сколько времени занимает постановка одного трюка?
- Зависит от сложности. На съемки минутного ролика, уходит иной раз день-два. Трюки посложнее занимают гораздо больше времени. Но это касается не только трюков, любая сцена может занимать приличное время. Почти двухчасовой фильм "10 000 лет до нашей эры" снимали 9 месяцев.
- Чем для Вас так притягательна кас-кадерская профессия?
- Тем, что не ослабевает интерес к ней, есть возможность делать то, чему ты учился, что ты любишь. К тому же работать с известными актерами Голливуда очень увлекательно. Безумно нравится атмосфера съемок, мне всегда немного грустно заканчивать проект, за это время все сближаются, отношение к друг другу почти семейное.
- Что для Вас движущая сила?
- Адреналин.
- Эльбрус, на Вашем счету более 50-ти фильмов, Вы создали свой конный театр. Считаете себя состоявшимся в профессии?
- Наверное, после 26 лет работы, уже можно говорить, что состоялся. Я с детства люблю лошадей, и то, что моя страсть к лошадям переросла в профессию - счастье.
- Сколько людей работает в конном театре?
- Задействовано человек 40, все мои дети и даже жена. Мы делаем шоу своими силами, без привлечения спонсоров. Ставим древние игры, красочные средневековые рыцарские бои, турниры. Есть школа верховой езды, конкур, школа каскадеров, дрессура, обучаем даже маленьких детей. Желающих много, в ЮАР очень развит конный спорт, проводятся различные спортивные конные соревнования.
- Читала, что каскадерам довольно часто приходится полагаться на удачу. Вы ей доверяете?
- Без удачи никак. Не хочу сглазить, но мне она "улыбается".
- Испытываете страх перед трюками?
- Нет, только волнение, чтобы все получилось, а страх - нет.
- Когда просматриваете трюки в фильмах с Вашим участием, никогда не возникает мысль, что можно было сделать по-другому?
- Бывает и такое. Но я всегда стараюсь выложиться на 100%. Над фильмом "От заката до рассвета" работали много профессионалов, в том числе, специализирующихся на лошадях, меня пригласили к участию, когда определенный трюк никак не давался. Мы его сделали безупречно. Режиссер даже в конце выразил благодарность за то, что удалось осуществить все именно так, как задумывалось.
- Есть трюк, не Ваш, которым Вы восхищаетесь и хотите повторить?
- Всегда бывают такие трюки. Например, последний фильм с Томом Крузом, где работали испанцы, они на хорошем галопе исполняют все падения. Это очень сложно.
- Что для Вас интереснее: сам процесс исполнения трюков или результат на экране?
- И то, и другое. Ты работаешь - получаешь удовольствие, а видеть это в готовом фильме - вдвойне приятно.
- Никогда не возникало чувство досады, что Вы выполняете все трюки, а слава достается тому, кого дублируете?
- Иногда возникает. Но это моя работа -из героя делать супер-героя. А многие между тем, даже в седле сидеть не умеют.
- Бывало, что Вы отказывались от постановки какого-нибудь трюка, посчитав его смертельно опасным?
- Нет, никогда.
- Вы всегда идете на риск?
- Как Вы сказали при первом нашем общении: "Риск у меня в крови". Наверное, в этом что-то есть. Я работаю на грани опасности, но делаю все для того, чтобы эту грань не перейти. Для меня важно быть всегда в седле.
