Музыка звучит

С преподавателем Детской музыкальной школы №1 им. П. И. Чайковского Дианой Хугаевой мы встретились вечером: конец года – график плотный, плюс отчетные концерты. Вернее, Дианой Германовной. Несмотря на свой возраст, она педагог со стажем, уже пошел третий год ее работы в школе. Преподает хор учащимся.

 

- Диана, у Вас замечательная профессия. Что значит – «преподаю хор»?

 

- Так называется мой предмет. Работаю с тремя концертными коллективами «Бонварнон», «Лучик», «Ушки на макушке». Есть еще и хор театралов. Чтобы работа была более продуктивной, делим детей на небольшие группы – так удобнее заниматься. На каждый коллектив есть определенный репертуар. Но сначала надо познакомиться с основами дыхания, что мы и делаем в первом классе в игровой форме. Всего же в школе обучаются восемь лет. И все эти восемь лет мы поем. Я работаю с пианистами, вокалистами, хоровиками. Очень большое значение придаем художественному образу. Важно включить детей эмоционально, они должны научиться не просто петь, а слышать музыку, чувствовать.

 

 - Все должны петь? А если я инструменталист? И можно ли научить пению или это талант от природы?

 

- Как правило, хороший музыкант должен петь точно. Многие педагоги на уроках по фортепиано поют, так детям более понятно. Как правило, неумение петь – это ненастроенная координация слуха и голоса, дети «гудят», а не поют. Научить, настроить можно, но чем раньше будет проходить обучение, тем лучше. Попадать в ноты будут 99%, если человек не слабослышащий. Кому-то нужен месяц, чтобы из гудения перейти в пение, кому-то два, три, полгода. А есть, кто приходит и сразу поет. Конечно, у них потенциал выше. Хотя у меня есть ученица, которая прекрасно играет на фортепиано, но никак не может запеть. На мой взгляд, как хоровика, пение может выразить такие тонкости музыки, какие не может выразить фортепиано. Кстати, научиться читать ноты, это как научиться читать буквы. Сначала медленно, по слогам. Все как в обычной школе.

 

- К каким результатам Вы должны прийти как хормейстер?

 

- Конечной цели не видно, все время идет рост. Есть знаковые события – отчетные концерты. На днях концерт старшего хора «Бонварнон» прошел в нашей школе. Мы собрали программу на 40 минут – это очень большой труд. Проделали колоссальную работу, дети очень постарались, я дирижировала. Все было замечательно, но есть куда стремиться. Всплыли какие-то неточности. Приходя к одной вершине, открывается другая. Процесс бесконечный. Если говорить о моей цели, то я хочу вырастить из них артистов хора. Воспитать культуру сцены, вовлечь в музыку, и чтобы это почувствовал зритель. Лицо, глаза, голос, интонация, фраза – все должно быть в музыке. И, конечно, ребенок должен быть полезным звеном целого коллектива. Бывает, что все звучит точно и чисто, но глаза потухшие, безучастные, уставший вид. Обычный зритель все же откликается не на обычное пение, а на энергию, эмоции.

 

- Хор - это тот же коллектив. Но кому-то и по таланту, и по желанию хочется звучать ярче. Кстати, в хоре только девочки?

 

- Причесываем (смеется). Есть у меня девочки с отличными голосовыми данными, но в хоре очень важен ансамбль. Где уместно, мы делаем сольные партии, какието фрагменты. Но в тот момент, когда поет хор, все должно быть в гармонии. Да, у меня во всех трех хорах девочки. Но в школе есть хор мальчиков, который ведет Александр Бестаев, и называется он «Щелкунчик». - «Причесываем», а может, он будущий Николай Басков? - Все свои таланты в части сольного пения они показывают на занятиях по вокалу. Конечно, и в моих интересах развить вокальные данные ребенка: расширить диапазон, усилить громкость звучания голоса... Чем больше в хоре крепких вокалистов, тем выгоднее будем звучать на сцене. Но в коллективе все же выделяться нельзя. Если кто-то, к примеру, поет «пестро» - в народной манере, или фальшивит, то работаем над этим, все должно быть ровно и красиво.

 

 - Что поете? Эстраду поете?

 

- Репертуар очень разнообразный. Это и русская, и зарубежная классика, произведения осетинских композиторов, народная музыка. Поем не только на осетинском и русском, но и на французском, латыни. В следующем году будет фестиваль джазовой музыки, и у меня на этот счет есть планы. Пока же я с эстрадой не работаю. Эстрада не способствует воспитанию музыкального вкуса.

 

- Хор, в отличие от сольфеджио, дети любят?

 

- Мне хочется в это верить. Начальные классы с удовольствием бегут на хор. Мне кажется, что это связано со сценой. Их заводит сцена, аплодисменты, довольные лица родителей. Это очень вдохновляет, в том числе и меня.

 

- Диана, ходят дети в музыкальную школу? И главное, заканчивают ли ее? Или терпения не хватает?

 

- Статистику не приведу, но, по моим наблюдениям, много детей ходит. Очень много желающих поступить в первый класс, и идет тенденция на повышение. Отсев небольшой. Конечно, не все доходят до конца, но процентов 70 остается. Есть и те, кто параллельно ездит и в художественную школу. Таких детей видно. Конечно, гаджеты «кушают» эмоции и время, но тем не менее играют и поют.

Сказывается и работа администрации нашей школы, и активная концертная деятельность. Мы высылаем бригады в детские сады для популяризации музыки. Детки в садике слышат это первое звучание голоса, инструмента и тоже хотят учиться.

 

- Расскажите о себе. Что заканчивали? Как попали в музыкальную школу?

 

- С музыкой я познакомилась в Лицее искусств. Закончила класс осетинской гармоники. Пела в хоре у Ольги Георгиевны Джанаевой. Это оказало на меня огромное влияние. Мне кажется, отсюда все и пошло. Потом поступила в ВКИ им. В. А. Гергиева. Попала в класс Тамерлана Тотурбековича Хосроева. Он тоже один из моих наставников. Там окончательно поняла, что хочу этим заниматься.

 

- Почему не поехали в Москву учиться дальше?

 

- Вышла замуж, родила ребенка. Потом восстановилась, окончила четвертый курс. Ни о чем не жалею. Все отлично. Конечно, амбиции были. И Тамерлан Тотурбекович советовал ехать в Москву. Его девиз - «Все мечты сбываются», и это изречение было девизом нашего класса. С ним казалось, что ты можешь все. После училища сидела дома, что-то предлагали. Я хотела работать только хормейстером. О школе Чайковского даже не мечтала. И тут мне звонит директор школы Зарема Тимофеевна Козаева и предлагает выйти на работу. Конечно, я согласилась. Тамерлан Тотурбекович говорил мне, что в этой школе обучаются самые лучшие дети города. Мне не с чем сравнить, но дети тут очень хорошие. В первый рабочий месяц очень волновалась, нервничала, но мне помогали опытные концертмейстеры Марина Кирсанова и Надежда Дзобелова. Они меня направляли, и я ощущала их надежное плечо. Сейчас уже чувствую себя уверенно. С детьми точно. Может, есть волнения в подборе репертуара. Кстати, с хором театралов мы поем Джона Леннона «Let It Be», не только классику. Там другой подход.

 

- Вы ощущаете себя профессионалом?

 

- Громко сказано, но я твердо стою на ногах. Знаю, что могу детей чему-то научить. Дети ко мне прислушиваются, у меня никогда нет проблем с дисциплиной. Неловко про себя говорить, но у нас хорошие теплые отношения.

 

- Как будете встречать Новый год?

 

 - Елку уже нарядили, покупали игрушки. Это наша первая елка, раньше жили с родителями мужа. Сын помогал украшать - ему четыре года. Буду отмечать широким кругом, семьей, а потом пойдем к друзьям. Ожидания от Нового года – секрет. Могу только сказать, что планирую поступить в Ростовскую консерваторию на заочное отделение. Люблю работу, устаю, но когда мои дети с успехом выступают на сцене, понимаю, ради чего все наши усилия.

 

Мила Рамонова

Фото из личного архива Д. Хугаевой