Что читают в Северной Осетии: «Будденброки» и Евангелие - список Аслана Тедеева
Корреспондент Sputnik Анна Кабисова в новом цикле материалов, посвященных книгам, узнает у представителей культурного сообщества Северной Осетии об их списках любимых книг, и просит рассказать, чем дороги им упомянутые авторы и как они повлияли на их мировоззрение.
Наш герой - выпускник кафедры киноискусства Московского государственного института культуры (МГИК) Аслан Тедеев.
«Атлант расправил плечи», Айн Рэнд
Довольно популярный сейчас магнум опус американской писательницы русского происхождения «Айн Рэнд» для меня в какой-то момент превратился в персональный томик Библии. После прочтения я слепо начал подражать одному из персонажей, подписываться его именем в различных социальных сетях и писать на полях студенческих тетрадей ключевые тезисы из данной книги. «Рациональный эгоизм» и «теория объективизма» на долгое время стали для меня главными козырями в любом философском споре.
Внутри романа «Атлант расправил плечи» Айн Рэнд умело выстраивает интересный и четко структурированный мир с оттенком утопичности, в котором читателю с каждой прочитанной страницей становится все комфортнее и комфортнее. Айн Рэнд воспевает оды разуму, как главному источнику человеческого прогресса, и единственному средству в достижении важнейшей человеческой потребности – счастью. Читать это приятно, в том числе, и потому, что в книге все подчинено одному высшему замыслу и даже несмотря на категоричность высказываний, звучащих из уст персонажей, ты влюбляешься в них благодаря умело подобранным пафосным и обаятельным формулировкам. Пожалуй, эту книгу по всем параметрам можно назвать «оздоровительной», ее возвышенный слог помогает подготовиться к своим собственным свершениям в реальной жизни.
«Будденброки», Томас Манн
С полной уверенностью могу заявить: Томас Манн - мой любимый писатель. Мне кажется, его достижения в литературе двадцатого века не менее значимы, чем новаторство Джеймса Джойса и Марселя Пруста. Выбрать только одно произведение - крайне трудная задача. Но «Будденброки» выделяется для меня на фоне всех остальных трудов за счет важной и актуальной семейной тематики.
На страницах этого романа-эпопеи немецкий писатель разворачивает картину медленного угасания зажиточной семьи торговцев из города Любек, растянувшегося на четыре поколения. С хладнокровной хирургической точностью Томас Манн вскрывает главные пороки и причины разложения классического института семьи, и без малейших погрешностей фиксирует очень тонкие психологизмы внутрисемейных взаимоотношений. Как и полагается большому литератору, Манн пишет портрет одной маленькой семьи, выводя через нее исторический портрет немецкого буржуазного общества середины XIX века, а также философски интерпретирует неминуемый рок судьбы и феномен смерти. Именно за «Будденброки» Томас Манн получил Нобелевскую премию.
«Дата Туташхиа», Чабуа Амирэджиби
В художественной литературе я больше всего люблю эпические произведения, охватывающие огромные временные пласты и стремящиеся объять всю человеческую жизнь. «Дата Туташхиа» - один из лучших примеров такого рода произведений. В «Дате Туташхиа» сочетаются самые несочетаемые жанры и формы. Тяжело даже представить себе то, чего в этой книге нет. В ней есть детективная сюжетная составляющая, приключенческая природа классического американского киновестерна, и ей не чужды здравое морализаторство и филисофствование.
Также в этой книге легко отыскать кавказский колорит, обрамленный грузинской мифологией. В конце концов, в ней есть душещипательная история благородного человека по имени Дата Туташхиа, которому волей судьбы предопределено стать преступником и всю жизнь провести в бегах и скитаниях. На своем жизненном поприще ему суждено встретить множество несправедливостей и трудностей, которые он с достоинством преодолевает. Неподвластно ему лишь одно неискоренимое зло, и оно заключено в людских сердцах. В главном герое Чабуа Амирэджиби деконструирует классическое представление об абреке, как о безнравственном бандите, и в противовес этому эстетизирует образ, превращая его в «обаятельного злодея».
«Евангелие от Матфея»
«Евангелие от Матфея» - моя любимая книга из «Нового завета». Я убежден, что «Евангелие от Матфея» будет интересно даже самому неверующему читателю. На мой взгляд, сегодня не важно, существовал ли в действительности Иисус. Этот факт не имеет значения в первую очередь потому, что феномен текста «Евангелия» заключается в абсолютной правдоподобности вне, зависимости от исторической реальности. Евангелие не зацикливается на природе религии, а рассказывает и показывает драматичную историю богочеловека, которую не обязательно понимать буквально. Обилие притч и явная метафоричность языка в тексте еще раз подчеркивают универсальность этого текста.
В конце концов, вы точно обнаружите, что негласно существуете всю свою сознательную жизнь в парадигме христианской культуры.
Иногда мне кажется, что уровень художественного языка Евангелия может соперничать с любой, даже самой изощренной книгой нобелевского лауреата.
«Поэтика пространства», Гастон Башляр
В свое время эта книга стала для меня большим открытием. Я мало знал о феноменологии и, тем более, об одном из ее представителей - Гастоне Башляре. Меня зацепило странное название, и я ринулся читать ее практически без подготовки. Как оказалось, не зря. После прочтения этой книги вы поймете, почему квартира никогда не станет полной заменой собственного частного дома, какой символический характер имеет ваш подвал, чердак и любая самая мало-мальски непримечательная вещь, которой вы никогда в своей жизни не придавали значения.
В своем философском произведении Гастон Башляр делает невозможное: сталкивая физическое пространство с невообразимыми поэтическими образами, он создает невероятный анализ материального мира. В самых бытовых вещах ему удается отыскать глубинный поэтический образ, который тяжело поддается однозначной интерпретации. Например, в этой книге можно отыскать отсылки к фразам из стихотворения малоизвестного для российского читателя поэта Тристана Тцара, которые звучат таким образом: «Медлительное смирение проникает в комнату, обитающую во мне, в ладони покоя». Что может быть более красивым и непонятным?
«Нравственные письма к Луцилию», Сенека
Главный принцип римского философа стоической школы Луция Аннея Сенеки — быть понятным, кратким и не рассуждать об абстрактных философских вопросах. По его мнению, то, что не способно сделать читающего лучше, или как-то помочь ему в его обыденной повседневной жизни, не заслуживает того, чтобы об этом можно было размышлять, и, тем более, что-то писать. «Нравственные письма» — яркий пример отсутствия «заумности» и игры в кошки-мышки философа с читателем. Актуальность той мудрости, которую можно выудить буквально из каждой буквы текста, не поддается никакому сомнению, а особый эпистолярный жанр рождает ощущение, что все письма напрямую адресованы лично тебе.
Я бы рекомендовал читать «Нравственные письма к Луцилию» каждодневно с утра перед началом бурного деятельного дня. Эта книга способна настраивать на гармоничный лад и вселять уверенность даже в самую тревожную душу. После очередного прочитанного письма можно почувствовать, как четкая структура мировоззрения римского философа помогает тебе быть непоколебимым в течение трудовых будней. Сенека превращается в настоящего лекаря, специализирующегося на проблемах недугов душевного характера. И у него с успехом получается залечивать раны, которые могут сбить с толку даже самого праведного человека в мире.
Sputnik
