Традиционные осетинские нормы поведения

В условиях патриархального общества любые мало-мальски значимые решения всегда принимались мужчинами. Мужчина был главой семьи, и женщина никогда не смела перечить ему, особенно на людях. Ведь этим самым она унижала его, а зна-чит, и себя, и всю семью. Умная женщина всегда старалась возвысить своего мужа в глазах окружающих, а спорные вопросы решались дома. К сожалению, сегодня, в условиях агрессивно-воинствующей эмансипации западного покроя, многие забывают об этой традиции. Раньше женщина не вмешивалась в разговор мужчин, не присутствовала на Ныхасе, не имела права ходить во многие святилища. Но, наряду с этим, женщина, как хранительница очага, пользовалась большим уважением и почетом. Она зани-мала свое особое место в структуре осе-тинского общества. С этим уважением связано много старых осетинских тради-ций. Красива и благородна, например, древняя традиция немедленно прекра-щать поединок, если женщина бросает свой платок между дерущимися. Интересен и неоднозначен обычай "уайсадын" - когда невеста не имела пра-во разговаривать в присутствии старших членов семьи: свекра, свекрови и братьев мужа. Этот обычай держал невесту на достаточном расстоянии от старших и не давал ей перейти грань дозволенности и приличия (ёгъдау). Этот обычай сохранился до наших дней. Но сегодняшние старшие не хотят казаться чересчур арха- ичными, и вскоре после свадьбы спешат официально отменить уайсадён (соблю- дая, конечно, все традиционные формальности чтобы разрешить невесте разговаривать в их присутствии. Причем, многие вскоре начинают горько жалеть об этом... В больших семьях женщины (свекровь, дочери и невесты - строго по старшин-ству и положению) распоряжались чисто женскими делами: приготовлением пищи, уходом за детьми... Большим позором мог покрыть себя мужчина, "совавший нос" в эти дела. Поэтому осетин никогда не готовил пищу в семье, не шил, не ткал, не стирал, не ласкал детей и не брал их на руки в присутствии посторонних или старших. Интересен рассказываемый в народе случай, когда, разговаривая со старшим, молодой мужчина заметил, что его мало-летний сын, ползавший по земле, вот-вот упадет с обрыва. Не прерывая разговора со старшим, он незаметно наступил на рубашку мальца и держал его так, пока старший не закончил разговор и не ушел. Даже ради спасения жизни собственного ребенка, мужчина не мог перешагнуть че-рез ёгъдау, унизиться и взять ребенка на руки при старшем.